Мэриан приземлилась на обрубки ног и упала. Когда она рухнула на землю, обожженная кожа треснула, и…
Это не кровь, отчетливо поняла Сюрреаль, глядя на женщину с нездоровым, тупым интересом. Из трещин брызнул мясной сок.
Садист не просто обжег их. Он их приготовил — и они остались живы. Не просто стали мертвыми демонами. Они были живы.
— Люцивар… — хрипло прошептала Мэриан, пытаясь подползти к мужу. — Люцивар…
Тот страшно закричал, но его вопль перетек в эйрианский боевой клич. Цепи лопнули, когда он рванулся прочь от столба, бросившись прямо на Деймона.
Он миновал половину разделявшего их расстояния, когда сильный ментальный удар сбил его с ног, заставив откатиться обратно. Эйрианец опять вскочил на ноги и помчался к брату — и снова упал. И снова. И снова.
Наконец, не в силах подняться, Люцивар пополз к Деймону, оскалив зубы. В его глазах плескалась ненависть.
Сади склонился, схватил Деймонара за руку и оторвал ее с той же легкостью, с какой поднимают барабанную палочку.
Это заставило Люцивара снова вскочить на ноги.
Бросившись вперед, он врезался в Черный щит и упал на колени.
Деймон наблюдал за ним, продолжая улыбаться.
Люцивар действительно пытался пробиться сквозь щит, приложил все свои силы, чтобы разрушить его, проскрести брешь, бился о него — и в конце концов просто сполз по непреодолимой преграде, рыдая.
— Деймон, — молил он. — Деймон, будь милосерден!
— Ты хочешь милосердия? — с вкрадчивой мягкостью уточнил Деймон. С быстротой хищного кота он наступил на голову Деймонара.
Череп раскололся, как яичная скорлупа.
Деймон метнулся к Мэриан, которая по-прежнему пыталась что-то шептать, подползая к мужу. Даже сквозь крики Люцивара, исполненные муки, они расслышали хруст костей, когда Садист наступил ей на шею."
"Используя руку Деймонара вместо указки, Деймон изящно взмахнул ею в сторону двух тел, все время наблюдая за Люциваром и странно улыбаясь.
— Они оба еще достаточно сильны, чтобы превратиться в мертвых демонов, — любезно произнес он. — Сомневаюсь, правда, что сопляк сможет что-то вспомнить… но последние мысли твоей жены были о тебе.
Как ты полагаешь, Заноза, будет ли она по-прежнему думать о тебе с любовью, зная, что только ты был причиной всего этого?
— Покончи с этим, — взмолился Люцивар. — Отпусти их.
— За все надо платить, Заноза. Заплатишь — я их отпущу.
— Чего ты хочешь от меня? — надломленно прохрипел эйрианец. — Скажи, чего ты хочешь.
Улыбка Деймона снова изменилась — в ней появилась отчетливая, холодная жестокость.
