Знаешь, наша мать хотела написать тебе. Она хотела сказать, как она рада, что ты собираешься жениться, и пожелать тебе счастья. Но отец не разрешил.
– Он чудовище. Всегда буду ненавидеть его. А я всегда буду добр к Каролине.
– О, это так благородно с твоей стороны! – София Доротея весело засмеялась. – Давай надеяться, что она будет так же добра к тебе, как ты к ней.
Георг Август сердито сощурился.
– Что ты хочешь этим сказать?
– Подожди и увидишь. Подожди пять – десять лет. Подожди и все увидишь сам.
София Доротея решила, что уже достаточно объяснила ему, что такое брак. Она пришла к брату, чтобы посмотреть, как на нем выглядит свадебный костюм. Теперь она пойдет и посмотрит на свой туалет, сшитый к свадьбе брата.
* * *Восемь недель спустя после того, как барон фон Элц передал предложение наследного принца, Каролина с братом выехали в Ганновер.
Каролина немного нервничала, ведь она полностью поры-нала со старой жизнью и готовилась вступить в новую. Она убедила себя, что ее брак должен быть успешным, а жизнь в Ганновере, по-видимому, терпимой, хотя, конечно, несравнимой с той, какую она вела в Люценбурге, потому что общество Софии Шарлотты невозможно заменить никаким другим.
Когда они оставили позади холмы Ансбаха и карета покатилась по северным равнинам, Каролина мысленно перечитывала письма, полученные от Георга Августа после того, как она согласилась стать его женой.
«Я Вам бесконечно благодарен за то, что Вы подарили мне величайшее счастье, какого я только мог желать в жизни… Надеюсь доказать Вам, что мое уважение к Вам непоколебимо, а любовь вечна…»
«Время Вашего прибытия кажется мне бесконечно далеким, и я считаю дни и часы, когда же вновь увижу Вас…»
«Я ни о чем так страстно не мечтаю, как о том, чтобы броситься к ногам моей принцессы и пообещать ей вечную преданность.
Только Вы можете сделать меня счастливым. Но я не буду полностью убежден в своем счастье, пока не удовлетворю стремление с избытком засвидетельствовать Вам мою любовь и нежность…»
Слова влюбленного, но ведь она его видела только во время одного короткого визита.
Между тем счастье… или, по крайней мере, удовлетворение происходящим, было главной темой его писем. Каролина не считала себя романтической девушкой. Общение с Софией Шарлоттой и трагическая судьба матери научили ее реализму. Жизнь с этим дерзким, щеголеватым юнцом, без сомнения, будет невозможна без компромиссов. И она была готова к этому.
