Она должна была сесть на самый дальний табурет за барной стойкой, заказать два виски и ждать.
– Зачем? – огрызнулся он.
– Чтобы передать мое сообщение.
Король кивнул мужчине справа от меня:
– Сообщи Эрис.
Тот мгновенно меня отпустил и выбежал из камеры.
– Не причиняй им вреда! – взмолилась я. – Эти люди понятия не имеют, на кого работают!
– Значит, им следовало уточнить это заранее! – Он опять сжал пальцы, из-за чего Валь вскрикнул.
– Что ты делаешь? – простонала я. – Я же тебе ответила!
– Мы еще не закончили.
– Я услышала, как сломалась следующая кость, и захныкала, но этот звук заглушили стоны Валя. Все это ненормально. Ненормально жестоко. – Где могут прятаться твои родители?
– Я не знаю! – прокричала я.
– Не верю ни единому слову! – Бенедикт положил обе ладони на голову моего брата, как будто собирался свернуть ему шею, и я завизжала.
– Я не знаю! – во весь голос заорала я, захлебываясь рыданиями. – Пожалуйста, я правда не знаю! Даже не представляю!
Сцепив зубы, он грубо выдернул кляп изо рта Валя.
– Говори, – велел он.
Глотая ртом воздух, брат буквально выплюнул хриплый смешок.
– Никогда в жизни.
Король схватил Валя и резко поставил на ноги. Прежде чем тот успел поймать равновесие, Бенедикт уже припечатал его спиной к стене. А потом, одной рукой удерживая за поврежденное плечо, второй ударил по лицу. Голова Валя откинулась в сторону, а вампир снова замахнулся.
– Прекрати! – осипшим голосом завопила я, однако он совершенно не обращал на меня внимания.
От следующего удара полетели брызги крови.
Я с такой силой рванулась из рук охранника, что от удивления тот меня отпустил, и я бросилась к Бенедикту.
– Хватит, – без остановки кричала я, втиснувшись между ним и братом. – Хватит, хватит, хватит!
Я вцепилась в запястье Бенедикта, как будто таким образом могла его остановить. Как будто он не в сотню раз сильнее меня. Как будто не мог в любой момент обрушить свою ненависть, ярость и жестокость на меня.
Взгляд Бенедикта пронзил меня насквозь, его лицо исказилось практически до неузнаваемости.
Такое ощущение, что в нем не осталось ничего человеческого, лишь неудержимая злость и жажда возмездия. Вдруг он отпустил Валя, который безвольно осел на пол позади меня, и вместо него прижал к стене меня. Спина больно врезалась в шершавую каменную кладку. Горячее тело Бенедикта словно окружало мое, и я уверена, что он чувствовал мою дрожь. Зашкаливающий пульс. Слишком поверхностное дыхание.
