В поисках помощи я повернулась к Эрис, однако она, похоже, вообще про меня забыла. Все ее внимание сконцентрировано на экранах, а один из мужчин безостановочно и с огромной скоростью печатал что-то на клавиатуре. Чем они там занимались? Вряд ли дословно записывали наш разговор, тем более что я сейчас молчала. Что мне тогда сказала Эрис? Постараться поддерживать разговор как можно дольше…
Бенедикт снова сжал мое плечо. Подняв голову, я встретилась с его подозрительным взглядом. И наконец до меня дошло, что тут происходит.
Они пытались отследить звонок, видимо, чтобы вычислить местонахождение моих родителей. А как только у них получится…
Бенедикт нахмурился, и на долю секунды у него в глазах вспыхнул страх. Он догадался. Увидел, что я поняла их намерения.
С каждой секундой разговора с отцом я подвергала родителей все большей опасности. Можно сделать так, чтобы он положил трубку, и спасти их, но…
Это будет неправильным решением.
– Где Лира? – сменила тему я.
– С ней все хорошо, – уклончиво откликнулся папа.
– Пока. Пока твой король будет исполнять наши требования.
Я не торопилась с ответом, хотя у меня внутри все болезненно сжалось.
– И что же это за требования?
– У него есть месяц, чтобы принять закон, освобождающий народ от обязанности сдавать кровь. Также мы требуем немедленного равенства перед законом.
Я удивленно моргнула.
– Вы ведь понимаете, что это так не работает, – сказала я. – Внутреннему району наша кровь необходима для выживания.
И за месяц…
– Это не наша проблема. Если он хочет снова увидеть свою сестру, пусть все устроит. Одна птичка напела мне, что король очень к ней привязан.
Я оцепенела, по спине прокатилась ледяная дрожь. Ладонь Бенедикта у меня на плече заметно напряглась.
Это я виновата в том, что они обладали такой информацией. Я рассказала об этом Валю, прежде чем осознала, что делаю.
– И если Бенедикт исполнит эти требования, вы отпустите Лиру? – спросила я. – Это вас удовлетворит?
– Нет, – невозмутимо заявил он.
– Если он их исполнит, мы сможем начать переговоры.
Естественно. Мне следовало догадаться, что они не ограничатся такой мелочью, как всеобщее равенство. Родители не будут счастливы, пока корона не окажется в человеческих руках. Желательно в их собственных.
– Вы разжигаете гражданскую войну, – попыталась зайти с другой стороны я. – Вампирские восстания и так уже подстрекают их против людей, которых убивают прямо на улицах.
