А вы только разжигаете эту ненависть еще сильнее!
– Ты вообще слышишь, что говоришь, Флоренс? Неужели ты на полном серьезе винишь нас в том, что эти монстры убивают направо и налево?
– Да я просто хочу сказать…
– Мы уже достаточно наслушались того, что ты хочешь сказать, – грубо перебил меня папа. – Передай наши условия. На этом все.
И снова я бросила взгляд на Эрис. Разочарование на ее лице ни с чем не спутать. Они еще не добились того, чего хотели. Как и я. Этот разговор только ухудшал, а не улучшал ситуацию, и я не могла просто оставить все так, как есть.
"
"– Подожди! – вырвалось у меня, прежде чем отец положил трубку. – Я хочу поговорить с Лирой. Мне нужны доказательства того, что с ней все в порядке.
– Боюсь, тебе придется поверить нам на слово.
Во мне поднялась паника, от которой внутренности завязались узлом, а мне становилось все труднее дышать.
– Тогда дай мне маму.
– Она не хочет сейчас с тобой разговаривать.
– Почему? – выдавила я.
– Слишком разочарована.
– Пап… – Мой голос превратился в шепот.
– Прощай, Флоренс.
– Вы совершаете ошибку. – Я вздрогнула от голоса Бенедикта, раздавшегося прямо рядом со мной. Он наклонился ко мне, чтобы подключиться к разговору, и меня окружил его запах.
На мгновение на противоположном конце линии повисла тишина.
– Нет, – произнес отец ледяным голосом. – Нашей единственной ошибкой было довериться своей дочери.
С этими словами он положил трубку.
Бенедикт вырвал трубку у меня из рук и в ярости швырнул ее на базу.
– Вы их нашли? – спросил он, обращаясь к Эрис.
В голосе безошибочно отразилась паника.
Десница покачала головой:
– Нам удалось отследить звонок до моста в Западном Дрейтоне. Туда уже направлен отряд, но я подозреваю, что они либо провели нас с местоположением, либо к тому времени, когда туда доберутся наши люди, они будут уже далеко.
У Бенедикта такой вид, будто ему безумно хочется что-нибудь разбить.
– Уходите, – прорычал он, и мужчины немедленно собрали свою технику.
Даже Эрис не стала возражать. Она лишь на мгновение положила ладонь ему на плечо, проходя мимо, пробормотала что-то и последовала за своими людьми к двери покоев.
– Ты тоже, – рявкнул на меня Бенедикт, едва за ними закрылась дверь.
Сглотнув, я встала с кресла, но не сдвинулась с места.
– Прости, – честно сказала я. Без понятия, за что именно я извинялась. За своих родителей. За свой провал, несмотря на то что я действительно старалась. За его боль. За страх Лиры. За… просто за все.
– Вот как? – фыркнул он.
