Что ж, это может сработать.
— И казнь не публичную, — подхватил дерр Роллис. — Тех, кто достоин смертной казни, — удавить по-тихому в камере. С остальных клятвы молчания и на каторгу. Кого можно помиловать — по монастырям с запечатанным даром. Благо дерр некромант здесь, и он сможет сделать намертво.
План обсуждался, обсасывался со всех сторон и обрастал деталями. Но главное уже было — народный гнев падет на заговорщиков, а не на жестокого короля. Никто не рискнет защищать тех, кто едва не лишил Кальдоранн покровительства Серой Богини.
А если таковые и найдутся, то их будет очень и очень мало.
* * *Утро мэдчен Саддэн встретила недовольным ворчанием. Она устала настолько, что предпочла бы проспать до самого обеда. Но Каприз уже пришел ласкаться, да и Сарна чем-то гремела в гостиной.
— Встаю, встаю, — вздохнула Маргарет.
Совершив все утренние дела, она набросила на плечи халат и вышла в гостиную. Где ее глазам предстало дивное зрелище — кофейный столик, заваленный письмами. И рядом мусорная корзина, тоже переполненная конвертами.
— Это что?
— Это желающие пригласить вас на кофе или чай, мэдчен. Я с вечера-то в корзину складывала, но уже не влезает.
До завтрака был еще целый час, и Маргарет, с ужасом представив, что на все эти письма нужно дать ответ, застонала.
— Найдите короля и попросите выделить вам секретаря, — посоветовала Сарна. — А сами будете только свою подпись ставить.
Мэдчен Саддэн осела в пустующее кресло и просто смотрела за тем, как служанка ловко тасует письма. И как те складываются в ровные штабеля.
— Да, верно. Иначе я сойду с ума. Откуда их столько?
— Так а как же? Уже и мне перепало немного внимания, — хмыкнула Сарна. — Зовут работать в другие дома. Ведь я сделала вас такой красивой, что король не устоял. Это, если что, не мои слова.
— Интересно, что у Тамиры творится, — покачала головой Маргарет. — Жуть.
Дробный стук в дверь и веселый голос:
— Маргарет, это Кристина Дорфер. У меня для тебя сюрприз! Открывай скорей, а то держать тяжело!
Сарна, оставив процесс разбора писем, встала и открыла дверь.
— Доброе утро! А я принесла чудо-вкуснятинку! — радостно выдала Кристина. — Мне папа вложил заднего ума и велел извиниться. А перед этим он велел мне тебе хамить. Дурачок, но я послушная дочь!
В руках у Кристины был кувшин, от которого шел захватывающий клубничный дух. Даже Сарну проняло — она украдкой облизнулась.
— У тебя бокалы-то есть? А то придется твоей служанке на кухню бежать, — так же жизнерадостно болтала Дорфер.
