И первое, что спросила Маргарет:
— Надеюсь, прижизненно? А то твои намеки на воспетую смерть…
— Гарри!
— А что «Гарри»? Я так-то не очень хорошая. Молюсь редко, а если молюсь, то два из трех — когда мне что-то нужно. Богиня на нас дорфов нашлет!
Но Линнарту удалось убедить любимую, что эту мысль стоит хотя бы обдумать. Не в последнюю очередь королю помогли поцелуи. Он вовремя заметил, что после нежных ласк Маргарет теряет аргументы и забывает, о чем они говорили.
Резкий хлопок испугал мэдчен Саддэн. Она дернулась, подскочила и радостно ахнула — в гостиной, под потолком, кружился живой и счастливый Каприз.
— Спасибо, любимая, — хмыкнул Линнарт. — Ласковые у тебя ручки.
Повернувшись, Маргарет покраснела — одним неловким движением она оцарапала Лину губу.
— Это ты мне браслет подарил, — тут же открестилась она. — Каприз, хороший мой, славный. Как же я переживала!
Поднявшись на ноги, мэдчен Саддэн поймала химеру и начала его гладить, вертеть и рассматривать — нет ли где раны. Довольный Каприз шипел, ластился и весьма насмешливо посматривал на покинутого короля.
Мол, знай, кто тут главный и самый любимый.
— Лин, я поняла, что выбора у меня нет. Быть мне святой королевой. Только давай сделаем это так, чтобы нас не могли поймать на слове.
Линнарт широко улыбнулся и отозвался:
— Гарри, Совет министров до сих пор уверен, что законы в этой стране принимают они.
— Собираешься их переубеждать?
— Понемногу — да. Наш с тобой ребенок родится в безопасной стране.
— Или на кладбище, — вздохнула Маргарет.
— Думаешь, святая королева присмирит народный гнев? Людям только дай повод кого-нибудь пожалеть.
— Я не буду делать из казней шоу, — покачал головой король. — Дарвийская мертва и неприкосновенна — из нее слишком просто сделать мученицу. Поэтому за все будет отвечать ее сын. Он будет казнен официально, так же как и Адд-Сантийские. Остальные умрут тихо и незаметно.
— Все? — поразилась Маргарет.
— Всех, кого возможно, я уже отправил в каменоломни, — невесело усмехнулся Линнарт.
— Денек был выдающийся.
Маргарет села в кресло, устроила Каприза у себя на коленях и глубоко задумалась.
— Я поняла, как Кристину надоумили на меня напасть. Но зачем? — сказала она наконец.
— В кувшине было изумительное зелье — Дорфер даже не пострадала.
— На ней кожа заживо разложилась, запузырилась, — перебила короля Маргарет.
— Да. Серый начал ее откачивать и понял, что девочка абсолютно здорова. Вся эта гадость смылась холодной водой.
