— Ты можешь на нее надавить?
Тамира пожала плечами и всем весом налегла на кажущуюся монолитной стену. Несколько секунд ничего не происходило, затем единица налилась ядовито зеленым светом. А перед Маргарет повис свиток.
— Мэдчен Глорейн, кажется вам послание, — хмыкнула Маргарет и отошла в сторону.
— Если вы стоите лицом к единице, то двойка находится на соломе, — прочитала вслух Корнелия.
— А дальше? — нетерпеливо спросила Киртонг.
— Это все, — ответила Глорейн. — Что мы знаем о соломе?
Взгляды Избранниц скрестились на Маргарет.
Та, нервно передернув плечами, припомнила:
— Солома — это сухие стебли оставшиеся от пшеницы. И от других злаковых.
— А еще? — потребовала Хемснис.
— Из нее можно сделать соломенное чучело — чтобы отгонять ворон, — припомнила Маргарет. — Я не слишком разбираюсь в соломе.
— Ты же эйта, — напомнила Дора. — Должна знать.
— А ты владеешь каллиграфией?
— Нет, — удивилась та, — с чего бы?
— Ну ты же благородная мэдчен, — с легкой издевкой отозвалась Маргарет.
— И что? Даже если я… Хм, ясно. Прости.
На всякий случай мэдчен огладили пустые стены.
— Что будет, если мы не найдем двойку? — спросила вслух Корнелия.
— Откроется дверь в зал Семи Фонтанов, — прошелестел голос бесплотного наблюдателя. — Из тринадцати команд здесь застряли только вы."
"— А мы можем тебе верить? — нахмурившись, спросила Маргарет. — Времени прошло слишком мало.
Ответ ей стал тающий смех. Он словно дал толчок самым безумным теориям, судить которые приходилось Маргарет.
— Пшеница может лечь? — азартно спрашивала Алета.
— Куда ветер положит, — мрачно отвечала мэдчен Саддэн.
— М-м-м, а что если она, ну не знаю, когда горит — дым налево идет, например? — глубокомысленно предполагала Дора Хемснис.
— Среди злаковых нет магических растений, — вздыхала Маргарет.
Глорейн, вытащив блокнот, вычерчивала какую-то сложную схему. Она поминутно слюнявила карандаш, закрывала глаза и быстро строчила формулу за формулой.
— Что вы делаете, мэдчен Глорейн? — с легкой опаской спросила Кристина.
— В слове «солома» шесть букв. В слове «два» три буквы, — ответила Корнелия. — Я пытаюсь найти математическую закономерность.
— Математическую? — переспросила Тамира. — А если ее нужно искать не с соломой, а с сеном? Это ведь одно и то же!
— Вот уж нет, — возмутилась такой вопиющей несправедливость Маргарет.
Возмутилась и замерла. Она вспоминала старую байку, рассказанную однажды отцом.
