Я выросла с осознанием того, что выйду замуж не по своей воле. Просто, после отречения от рода, мне казалось, что впереди свобода и счастье.
— Впереди свобода и счастье, — он взял мои руки в свои. — И я был бы рад избавить тебя от тягот пышной императорской свадьбы. Но мы заложники традиций. И все впереди.
— Я хочу остаться здесь. Я скрою покои так, что только ты сможешь сюда войти. Ты и Лин.
И Тиверрал не стал уточнять, действительно ли я так ей доверяю.
— Да, — он кивнул. — Да. Но у меня есть еще одна идея. Верни звук и сделай огорченное лицо.
— А я сказал, что ты отправишься во Вдовью Башню. И это — не обсуждается.
Я опустила голову и тихонечко всхлипнула.
Шая, моя смелая, храбрая Шая, тихонечко, сбоку, подкралась ко мне и осторожно коснулась моих пальцев. Она боялась Императора до дрожи, но все равно попыталась выразить мне поддержку.
Мой супруг же, видя это, поспешно отвернулся, чтобы не довести драконицу до больницы.
— У полчаса на сборы. Пусть соберут твои вещи. Возьмешь с собой големов — они почистят башню, — продолжал командовать Император, — гвардейцам усилить пост.
Враг должен считать, что моя супруга осталась здесь. Во Вдовью Башню ты пойдешь прикрывшись своей магией.
И, чтобы добавить достоверности, он смягчил тон:
— Я хочу сберечь тебя и нашего малыша, Май. Будь хорошей девочкой и сотри слезы.
Делая вид, что действительно утираю лицо, я думала только о том, что надо как-то намекнуть Тиверралу, что нежный тон в его исполнении… Немного пугает. У нас скоро родится сын и дракон, судя по всему, будет хорошим отцом.
Нельзя позволить ему напугать ребенка этим грозным, приказывающим сюсюканьем.
Операция «Обмани врага» прошла успешно. По меньшей мере я так думаю — с моей стороны ни одной ошибки не допущено, но…"
"Как позже выяснилось, вместо нас с Шаей во Вдовью Башню пошли двое гвардейцев. К их доспехам были привязаны тяжелые тряпки — чтобы создать шорох подола по полу, они имели скрывающие амулеты. У них был боевой опыт и достаточное количество оружия. Но уже следующим утром ни один из них не вышел на связь.
В башне их тоже никто не обнаружил.
Император, лично принесший мне эту весть, был бел как мел. Он стоял на коленях подле моего кресла и грел мои ледяные ладони в своих руках:
— Я чуть не убил тебя. Чуть не убил.
Склонив голову, он прижался лбом к моим пальцам.
А я молчала. Что, если бы я не осмелилась возразить? Что, если бы я тоже посчитала это безопасным?!
У меня не возникало вопросов, отчего Тиверрал едва не ошибся.
