Едва мы оказались в карете, как лорд сухо приказал:
– Спи!
Я послушно отрубилась, понимая, что, когда проснусь, вполне вероятно, уже поздно будет звать на помощь.
Через сколько времени пришла в себя, не знаю. Завозилась на чем-то неудобном и жестком, пытаясь выпутаться из широких юбок платья, и присела. Голова после заклинания гудела, пекло щеку и ныл локоть, словно я припечаталась к каменному полу. Возможно, так и было. Скорее всего, меня просто швырнули на пол."
"Я очнулась в маленьком темном помещении без окон.
У стены стояла железная кровать с какой-то подозрительного вида подстилкой, а вместо одной стены была решетка. Страх дикий, грозящий перейти в панику, накрыл с головой, и какое-то время я пыталась привести в порядок сердцебиение. Даже сообразить не могла, что делать. Сильнее всего хотелось кричать, но я сомневалась в разумности такого поведения. Только немного успокоившись и убедив себя в том, что я жива и это главное, смогла осторожно подняться на ноги и обследовать место своего заключения.
Источником света служили тусклые лампы в длинном темном коридоре за пределами камеры. Я могла хорошо разглядеть их через решетку. Похоже, меня засунули в какое-то подземелье, вопрос: зачем и как долго мне придется сидеть тут одной?
Если герцог хотел отомстить мне за судьбу своей дочери, почему не убил сразу? Пусть не во дворце – там осталось бы слишком много следов, но хотя бы по дороге. Почему я еще жива? Убийство показалось ему слишком простым выходом? Тогда что меня ждет?
Выбраться отсюда самостоятельно было нереально, и я привычно собралась стряхнуть с оборок, окружающих декольте, жучка, но с ужасом обнаружила, что он потерялся, как и тот, который сидел возле броши на поясе, и еще один на рукаве… Я с ужасом начала обшаривать свое платье, когда услышала:
– Зря ищешь, маленькая журналисточка.
– Лорд Демиан появился бесшумно, я даже не заметила и тут же метнулась в дальний угол своей камеры-клетки, пытаясь быть как можно дальше от этого страшного человека.
– Что вам от меня нужно? – спросила дрожащим голосом, лихорадочно соображая, как можно сбежать. Только вот, похоже, никак. Это приводило в отчаяние.
– Конечно же, помощь, – отозвался мужчина. – Я надеюсь, ты окажешься достаточно разумна и пойдешь сама?
– Куда? – Я сглотнула, совсем не чувствуя в себе разумности. Хотелось орать и вцепляться руками в решетку, если вдруг меня захотят тащить.
