Только вот влюбилась я в принца, а у него, кроме прочих достоинств, имелись обязанности и долг перед государством и своим отцом. К концу третьего дня Колвин начал ощутимо нервничать.
Я видела, как в его душе борются сразу же несколько чувств. Желание отдыхать дальше, страх за судьбу не только Ленара, но и Мелисы, а также весьма серьезные опасения. Гнева батюшки мой будущий муж боялся. И я видела, как тайком он рассматривает большой глобус на первом этаже таверны. Видимо, прикидывал, куда мы будем бежать, если пропавшие молодые не объявятся в ближайшее время.
Когда ожидание стало невыносимым, мы решили, что проще с утра отправиться на поиски и Ленара, и Мелисы, чем продолжать сидеть в безвестности и тоске. Даже горное озеро перестало радовать. По этому случаю утром четвертого дня встали в несусветную рань, но не успели спуститься к завтраку на первый этаж, как услышали суетливую ругань трактирщика, уставший, но твердый голос Мелисы и подозрительное мычание.
Колвин сбежал вниз прямо как был, в одних штанах и накинутой на плечи рубашке.
Я все же зашнуровала платье и припустила следом. А внизу застала чудную картину.
На стуле, закинув ноги на стол, сидела недовольная и злая Мелиса. Волосы у нее растрепались, глаза горели, а на щеках виднелись следи грязи. Похоже, девушка давно не умывалась. А на столе перед ней, смотанный веревками, как баран на продажу, с кляпом во рту извивался Ленар в порванной рубашке. Взгляд у младшего принца был шальной и испуганный.
Увидев нас, он задергался сильнее и стал поглядывать так несчастно, что мне тут же захотелось подбежать и обнять его.
Но потом я вспомнила, что именно из-за ветреного высочества висит без дела мое свадебное платье, и остановилась.
А вот Колвина жалобный взгляд братца пронял, и он убрал изо рта Ленара кляп.
– Она меня похитила! – взвыл младший принц, злобно покосившись на Мелису. – Эта жестокая женщина меня связала и увезла против моей воли! Давай ее накажем! Нельзя принцев воровать!
– Не украла, а по приказу короля вернула, – флегматично заявила Мелиса, но я заметила, что нижняя губа у нее дрожит, словно девушка вот-вот разрыдается.
Подозреваю, Ленар успел помотать ей нервы за эти три дня.
– За что, Колвин?! Ну вот от тебя-то я такого предательства не ожидал. И ты, Лара! Тебе не стыдно?
– Ваш папенька сказал, или две свадьбы, или ни одной, – ответила я. – У меня платье без дела висит…
– То есть за свое счастье боретесь, да? – фыркнул Ленар.
