Но он лишь обрадовался новой игре и закружил как ненормальный, вывалив на бок длинный розовато-серый язык! Хвост топорщился иглами и радостно лупил по доскам, а когда я попыталась его сдержать — просто свалилась на пол! Мой жуткий зверь оказался слишком сильным! И совершенно неуправляемым!
За три минуты уютная и чистая комнатка превратилась в свалку!
В коридоре раздались шаги, и я кинулась на питомца, зажала ему пасть руками:
— Тихо! Молчи! Ох, меня из-за тебя точно выгонят!
— Тина, у вас все в порядке?
От спокойного голоса Аодхэна я испуганно подпрыгнула, а Листик угрожающе зашипел, за что и получил тычок в бок.
— Все хорошо, профессор! — бодро выкрикнула я, с ужасом глядя на дверь. А ну как заклинатель решит войти?
— Я услышал шум.
Интересно как? Комнаты Аодхэна на другом этаже! Неужели мимо проходил? Странно.
— У меня все замечательно, профессор, не беспокойтесь!
— Я могу войти? Хотел поговорить с вами.
— Простите, я… не одета и легла спать!
— Уже? Я видел, как вы поднимались.
Ну что же… хороших снов, Тина.
Заклинатель замолчал. Но удаляющихся шагов я не услышала. Неужели Аодхэн все еще в коридоре? Мой ужас достиг апогея. К тому же я, кажется, не задвинула щеколду на двери, когда вошла! То есть стоит профессору повернуть ручку, и он увидит изумительную картину: врунья-студентка и неизвестное науке создание!
Листик зашипел. Зрачки в звериных глазах по-кошачьи вытянулись в ниточку. Темно-серый нос лихорадочно втягивал воздух, пытаясь что-то унюхать. Когти угрожающе царапали доски, тело дрожало, а все иглы на зверином теле встали дыбом.
Похоже, питомцу не нравился гость за дверью.
— Тихо, прошу тебя, — чуть слышно прошептала я, успокаивающе поглаживая серебристую шкуру. Сунула руку на шею зверя, туда, где не было ни шипов, ни иголок, а лишь мягкий белый пух-подшерсток, Листик ударил хвостом и затих.
Я прислушалась. За дверью было тихо.
Отпихнув в сторону шипящего и нервно стучащего хвостом зверя, я подкралась к створке и потянула ее на себя, почти ожидая увидеть поджидающего меня заклинателя.
Но коридор был пуст.
Повернув щеколду, я уже спокойно вернулась к питомцу.
— Боги, мне показалось, что Аодхэн все еще там, представляешь? — пожаловалась я, потирая виски. — Если он тебя увидит, то нам обоим сильно влетит. Понял?
Зверь лишь привычно зашипел. Но прыгать и носиться снова не стал, напротив, выглядел встревоженным. Его шерсть и иголки по-прежнему топорщились, а зрачки остались суженными.
