– Оглянулся на одного из своих солдат и добавил: – Отправляйтесь с сэром Годфри, и если похоже, что в самом деле случился побег, как он утверждает, возьмите двенадцать человек и догоните членов клана Меррик. Когда сойдетесь, пусть ни один из вас не обнажает оружия. Окажите им почтение от имени Генриха Английского и проводите до шотландской границы. Ясно?
Не дожидаясь ответа, Греверли повернулся к Ройсу, и голос его зловеще загрохотал в пустом зале:
– Ройс Уэстморленд, именем Генриха, короля Англии, повелеваю вам следовать за мной в Лондон, где вам придется держать ответ за похищение женщин Меррик.
Вы ответите также и за сознательную попытку противодействовать мне сегодня в выполнении приказа моего государя по отношению к ним, что может рассматриваться и будет рассмотрено как акт измены. Поедете добровольно, или мы повезем вас силой?
Люди Ройса, числом превосходившие силы Греверли, напряглись, явно разрываясь между клятвой на верность Ройсу, своему сеньору, и присягой королю.
Ройс понял их положение и коротким кивком приказал сложить оружие.
Видя, что сопротивления не будет, один из солдат Греверли, подобравшийся поближе к Ройсу, заломил его руки за спину, быстро связал запястья крепким кожаным шнурком. Тугая перевязь впилась в тело, но Ройс этого даже не заметил. Его сжирала слепая жгучая ярость, не сравнимая ни с чем, испытанным когда-либо прежде, обратившая рассудок в кипящий безумным гневом вулкан.
Перед глазами его проплывали видения – колдовская шотландская девушка Дженнифер, лежащая в его объятиях… смеющаяся рядом с ним Дженнифер… целующая его Дженнифер…"
"Простодушно поверив ей, он столкнулся с обвинением в измене. В лучшем случае его лишат всех земель и всех титулов, в худшем – его лишат жизни.
Но в данный момент он был чересчур взбешен, чтобы беспокоиться по этому поводу.
Глава 13
Ройс стоял у окна небольшой, но хорошо обставленной спальни, которая стала его камерой после прибытия две недели назад в лондонский Тауэр, королевскую резиденцию Генриха.
Широко расставив ноги, он бесстрастно глядел вдаль на лондонские крыши, погруженный в беспокойные раздумья. Руки держал за спиной, но они не были связаны ни единого разу с того первого дня, когда яростный гнев на Дженнифер Меррик – и на собственную глупость – на время лишил его способности реагировать.
