Друзья жениха подняли чаши и одарили родичей невесты суровыми улыбками. Родичи невесты подняли чаши и одарили друг друга ледяными улыбками. Жених – похоже, единственный, на кого не действовала царившая в зале атмосфера вражды, – поднял чашу и спокойно улыбнулся невесте. Но глаза его не улыбались.
Невеста и не подумала никому улыбаться. Она казалась взбешенной и готовой взбунтоваться.
По правде сказать, Дженнифер пребывала в таком смятении, что едва замечала кого-либо из присутствующих.
В данный момент она всеми фибрами души сосредоточилась на последнем, отчаянном призыве к Богу, который, либо недоглядев, либо не испытывая к ней ни малейшего интереса, позволил приблизиться столь несчастному событию.
«Господи, – молча восклицала она, пытаясь перевести дыхание, – если Ты собираешься что-нибудь предпринять, дабы остановить эту свадьбу, поторопись, или через пять минут будет поздно! Конечно же, я заслуживаю чего-то лучшего, чем насильственный брак с мужчиной, похитившим мою девственность! Тебе ведь известно, я отдала ее не просто так!»
Осознав глупость упреков Всевышнему, она поспешно перешла к мольбам, беззвучно шепча: «Разве я всегда не старалась усердно служить Тебе? Разве я всегда не повиновалась Тебе?»
«Не всегда, Дженнифер», – прогремел в ее душе глас Господень.
«Почти всегда, – неистово утверждала Дженнифер. – Я ходила на мессу каждый день, кроме тех, когда болела – а это случалось нечасто, – и читала молитвы каждое утро и каждый вечер.
Почти каждый вечер, – быстро поправилась она, – кроме тех, когда засыпала, не успев дочитать до конца. И старалась, честно старалась стать такой, какой хотели бы видеть меня добрые сестры в аббатстве. Тебе ведь известно, как я упорно старалась! Господи, – безнадежно заканчивала она, – если Ты мне сейчас просто поможешь освободиться, я никогда больше не буду ни своенравной, ни безрассудной».
«В это Я не поверю, Дженнифер», – с сомнением прогрохотал Господь.
«Нет, я клянусь Тебе, – серьезно твердила она, пытаясь выторговать соглашение. – Я сделаю все, что Ты пожелаешь, сейчас же вернусь в аббатство, и посвящу жизнь молитвам, и…»
– Брачный договор подписан должным образом. Приведите священника, – приказал лорд Бальфур, и дыхание Дженнифер перешло в дикие, панические всхлипывания, а все мысли о возможных жертвоприношениях вылетели из головы.
