– Пожалуйста, – прошептала она, прижимаясь к ноге Дженни, – я… я не хочу носить колпак… В нем темно. Мне его обязательно надо надеть?
Ободряюще улыбаясь, Дженни нежно откинула волосы с тонкого личика Мэри.
– Не надо, если не хочешь.
– Я боюсь темноты, – стыдливо призналась Мэри.
Дженни подхватила девчушку на руки и крепко обняла.
– Все чего-нибудь да боятся, – проговорила она и призналась: – Ведь я и сама боюсь… лягушек!
Выслушав ложное покаяние, девочка захихикала."
"– Лягушек! – повторила она. – А мне они нравятся! Я от них не убегаю!
– Ну вот видишь, – сказала Дженни, опуская ее на землю.
– Ты очень храбрая. Храбрей меня!
– Леди Дженни боится глупых старых лягушек, – известила Мэри мчащуюся им навстречу компанию.
– Нет, она… – запротестовал юный Том, мгновенно вставая на защиту прекрасной леди Дженни, которая, несмотря на высокое положение, всегда готова, задрав юбки, забрести в воду, помогая ему изловить жирную жабу, или проворно, как кошка, взобраться на дерево, спасая крошку Уилла, который боится слезать вниз.
Том умолк под умоляющим взглядом Дженни и не стал более возражать против приписанной ей боязни лягушек.
– Я надену капюшон, – добровольно вызвался он, с обожанием глядя на семнадцатилетнюю девушку, которая носила темный плащ послушницы, хоть и вела себя явно не так, как монахиня. Да вот взять хоть прошлую субботу, когда леди Дженни клюнула носом во время длинной проповеди священника, и только громкий притворный кашель Тома со скамьи позади разбудил ее вовремя, прежде чем углядела остроглазая аббатиса.
– Хорошо, теперь очередь Тома надеть колпак, – с готовностью согласилась Дженни, передав Тому капюшон. Улыбаясь, она проследила, как дети разбегаются по своим излюбленным убежищам, потом подняла короткую шерстяную головную накидку, которую сбросила, приступая к игре. Собираясь пойти к общинному роднику, где сельские жители жадно расспрашивали членов клана, что проезжали через Белкирк по дороге домой, возвращаясь из Корнуолла с войны против англичан, она подняла плат, намереваясь его повязать.
– Леди Дженнифер! – неожиданно прокричал кто-то из местных жителей. – Идите скорей, новости про лэрда[1].
Позабыв про плат и накидку, Дженни кинулась бежать, а дети, предвкушая волнующие события, оставили игру и помчались за ней следом.
– Какие новости? – задыхаясь, спросила Дженни, переводя взгляд с одного непроницаемого лица на другое. Один из членов клана вышел вперед, почтительно снял шлем и пристроил его на согнутой в локте руке.
