– Господи, помилуй нас!
– Он нацеливается на Меррик! – в ужасе вскричал мужчина. – Ему хочется вонзить клыки в лэрда Меррикского, а по пути он сожрет Белкирк!"
"Все вокруг вдруг наполнилось жутким предчувствием огня, гибели и резни, и дети, столпившиеся близ Дженни, прижались к ней в немом испуге. Для шотландцев – будь то богатый дворянин или скромный деревенский житель – Черный Волк был опаснее и хуже самого дьявола, ибо дьявол – дух, а Волк – плоть и кровь, живой сатана, чудовищное создание, угрожающее их существованию прямо здесь, на земле.
Этим злобным призраком шотландцы обычно пугали своих провинившихся отпрысков. «Тебя Волк заберет», – стращали ребятишек, чтобы они не блуждали в лесу, не вылезали по ночам из постелей и слушались старших.
Не в силах выносить безумие, порожденное, по ее мнению, больше легендой, чем самим человеком, Дженни возвысила голос, чтобы ее было слышно сквозь шум.
– Скорей всего, – прокричала она, обняв перепуганных детей, – он вернется назад, к своему варвару-королю, и примется зализывать раны, которые мы нанесли ему в Корнуолле, пока он врал изо всех сил, преувеличивая свои победы.
А если не сделает этого, выберет для атаки крепость послабей Меррика, куда у него есть шанс прорваться.
Слыша слова, полные веселого презрения, люди бросали на нее испуганные взгляды, но Дженни высказывала все это не из ложной бравады. Она принадлежала к семейству Мерриков, а Меррики никогда не позволят себе убояться ни одного человека. Она слышала это сотни раз от отца, поучавшего пасынков, и приняла его веру как свою собственную.
Кроме того, сельские жители пугали детей, чего она более не могла допускать.
Мэри дернула Дженни за юбки, привлекая к себе внимание, и дрожащим голоском спросила:
– А вы не боитесь Черного Волка, леди Дженни?
– Нет, конечно! – ответила Дженни с сияющей бодрой улыбкой.
– Говорят, – вмешался преисполненный благоговения юный Том, – будто Волк высоченный, как дерево!
– Дерево! – хмыкнула Дженни, пытаясь выдумать весомую шутку про Волка и призывая на помощь все свои познания.
– Если так, стоило бы посмотреть, как он взбирается на коня! Понадобятся четыре оруженосца, чтобы взгромоздить его в седло!
Нелепость подобной картины заставила кое-кого захихикать, на что и надеялась Дженни.
– Я слышал, – продолжал юный Уилл, красноречиво поежившись, – он крушит стены голыми руками и пьет кровь!
– Ой! – вскрикнула Дженни, сверкая глазами. – Тогда у него несварение желудка.
