– Мы должны бежать.
– Дженни, тебе приходило в голову, что он с нами сделает, когда… если, – быстро поправилась Бренна, – поймает?
– Я не думаю, что он нас убьет, – после минутного размышления заверила ее Дженни. – Ему наша смерть невыгодна. Отец потребует, чтобы ему нас показали, прежде чем согласится сдаться, и графу придется нас предъявить – целых и невредимых, – иначе батюшка разорвет его на куски, – объясняла она, решив, что лучше – не так страшно – именовать его графом Клеймором, а не Волком.
– Ты права, – согласилась Бренна и тут же заснула.
Минуло несколько часов, прежде чем Дженни смогла тоже погрузиться в сон, ибо, несмотря на показную уверенность и храбрость, она страшилась как никогда в жизни. Она боялась за Бренну, за себя, за свой клан и имела самое смутное представление о способах бегства.
Что до захватчика, он и правда скорее всего не убьет их, если поймает; у мужчин существуют другие способы поквитаться с беззащитными женщинами. Перед ее мысленным взором встало темное лицо, почти полностью скрытое двухнедельной порослью густой черной щетины; она содрогнулась при воспоминании о странных глазах, казавшихся прошлой ночью серебряными.
Сегодня глаза его были сердито-серыми, цвета грозового неба, а на один краткий миг, когда он взглянул на ее губы, выражение в глубине глаз изменилось, и эта почти неуловимая перемена сделала его еще страшнее прежнего. «Просто черная борода, – подбадривала она себя, – придает ему столь пугающий вид, пряча черты лица. Без этой темной бороды он, несомненно, выглядит, как любой другой пожилой человек лет… тридцати пяти? Сорока?» Она слышала легенды о нем, будучи трех-, четырехлетним ребенком, значит, он в самом деле должен быть очень стар! Сообразив это, она почувствовала себя лучше.
«Просто-напросто борода делает его таким грозным», – успокаивала она себя. Борода, и огромный рост, и сложение, и странные серебряные глаза.
Пришло утро, и она пробудилась, все еще не имея реально осуществимого плана, который удовлетворял бы необходимым требованиям – двигаться как можно быстрее, легко прятаться, не попасть в лапы к бандитам или в еще худшую переделку.
– Если бы только у нас была какая-нибудь мужская одежда, – не в первый раз повторяла Дженни, – мы гораздо успешней могли бы бежать и добраться до цели.
– Не можем же мы взять и попросить стражника отдать нам свою, – с отчаянием проговорила Бренна, миролюбивый характер которой тоже начал меняться под воздействием страха.
