– Нет!
– А есть ли хоть что-нибудь, над чем мы могли бы поработать иголкой с ниткой? – быстро продолжила Дженни, когда он отвернулся, собираясь выйти. – Мы с ума сходим, проводя день за днем в безделье. Нам не важно, что шить. У вас наверняка найдется что починить.
Он повернулся кругом, удивленный, обрадованный и сомневающийся.
– Вы вызываетесь заняться починкой?"
"Услышав от него такое предположение, Бренна явила собой картину потрясенной невинности, и Дженни попробовала ее скопировать:
– Ну… я об этом не думала…
– Починки тут хватит на год для сотни швей, – уверенно заявил Ройс, решив в тот же миг, что девушкам надо бы заработать свой хлеб и кров – какими бы они ни были, – и починка как раз будет справедливой формой оплаты.
И, обратившись к Годфри, велел: – Позаботься об этом.
Бренна была чрезвычайно удивлена тем, что ее предложение привело в результате к их практическому вступлению во вражескую армию; Дженни предпринимала серьезные усилия прикинуться сокрушенной, но как только четверо мужчин оказались за пределами слышимости, она схватила сестру и бурно заключила в объятия.
– Мы только что преодолели два из трех препятствий на пути к бегству, – объявила она. – Руки наши не будут связаны, и мы получим возможность устроить маскарад, Бренна.
– Маскарад? – начала было Бренна, но Дженни не пришлось пояснять; глаза Бренны вспыхнули, и она тоже обняла сестру, тихонько смеясь. – Мужские одежды! – хихикала она. – И он сам их нам предложил!
Через час в их палатке громоздились две небольшие горы одежд и третья гора разорванных солдатских одеял и плащей.
Одна куча платья принадлежала лично Ройсу и Стефану Уэстморлендам, другая – рыцарям Ройса, которые, как с облегчением обнаружила Дженни, имели размеры, колеблющиеся от средних до малых.
Дженни с Бренной заработались до поздней ночи, напрягая зрение в мерцающем свете. Они уже залатали одежды, которые выбрали для побега, и сунули с глаз подальше, теперь же усердно трудились над грудой, составлявшей собственность Ройса.
– Как ты думаешь, сколько сейчас времени? – спросила Дженни, тщательно зашивая наглухо рукав рубашки. Перед ней было множество других принадлежностей, претерпевших столь же вдохновенную творческую переделку, включая несколько пар штанов, искусно зауженных в колене, чтобы в них невозможно было просунуть ногу.
– Часов десять, не меньше, – ответила Бренна, перекусывая нитку.
