Она побледнела, а Бренна, которую только что ввел в зал Стефан Уэстморленд, метнула умоляющий взгляд сначала на сестру, потом на стоящего рядом с ней мужчину. К удивлению Дженнифер, вмешался Стефан:
– Ройс, приговор твой окажется наказанием и для леди Бренны, тогда как она ни в чем не повинна… – И смолк под ледяным, недовольным взглядом, которым наградил его брат.
Свежевыбритый Ройс сидел за столом в большом зале с рыцарями и братом. Слуги внесли деревянные подносы с остывшей тушеной олениной. Однако внимание Ройса было приковано отнюдь не к малоаппетитной еде: он прислушивался к легким шажкам, доносящимся из верхних покоев, пытаясь решить, следует ли ему просто туда подняться и стащить вниз обеих, ибо, продемонстрировав поразительное присутствие духа, Бренна предпочла присоединиться к бунту сестрицы и проигнорировала объявление слуг о поданном внизу ужине.
«Что ж, пускай остаются голодными», – подытожил в конце концов Ройс и взял кинжал, которым пользовался за обедом.
Долго еще после того, как сооруженные из козел столы были разобраны и свалены у стены, Ройс сидел в зале, глядя на огонь, положив ноги на стул.
Новые проблемы, которые надо было решить немедленно, вытеснили его намерение оказаться с Дженни в постели нынче ночью. Он подумывал, не пойти ли к ней в комнату прямо сейчас, несмотря на позднее время, но в теперешнем расположении духа подавил бы сопротивление скорее грубой силой, чем нежной лаской. Испытав необычайное наслаждение, когда она лежала в его объятиях по собственной воле, он не желал теперь ничего другого.
В зал вошли Годфри с Юстасом, веселые и улыбающиеся, явно проведя вечер с пышущими здоровьем служанками замка, и мысли Ройса мгновенно потекли в другом направлении. Взглянув на Годфри, он проговорил:
– Прикажи караульным у ворот – пусть задерживают каждого, кто попытается сюда проникнуть, и докладывают мне.
Рыцарь кивнул, но симпатичное лицо его выражало недоумение, и он заметил:
– Если ты ждешь Меррика, он сумеет собрать войско и подойти сюда не раньше чем через месяц.
– Я жду не атаки, а какой-нибудь хитрости. Напав на Хардин, он рискует потерять дочерей; они могут погибнуть либо в бою, либо случайно, либо от рук его собственных бойцов, либо – а именно так он и подумает – от наших. Поскольку атака в таких обстоятельствах невозможна, у него нет выбора, кроме как попытаться освободить женщин. Чтобы добиться этого, ему надо в первую очередь направить сюда людей.
