– Бренна страдает грудной болезнью, – в отчаянии объяснила Дженни. – Обычно приступы начинаются с кашля, а потом она задыхается.
Она попыталась вырваться, но он встал и вместе с ней двинулся из зала.
– Должно быть какое-то средство, чтобы помочь ей.
– Только не здесь! – проговорила она сдавленным от испуга голосом. – Моя тетка Элинор готовит бальзам… Она знает о травах и снадобьях больше всех в Шотландии… Это средство было у нас в аббатстве…
– Из чего оно состоит? Может быть…
– Я не знаю! – воскликнула она, едва ли не волоча его за собой по крутым ступеням.
– Знаю только, что этот состав нагревают, пока пар не пойдет, потом Бренна им дышит, и ей становится легче.
Ройс толкнул дверь в спальню Бренны, и Дженни подбежала к кровати, беспокойно окидывая взглядом искаженное мукой лицо сестры.
– Дженни… – шепнула Бренна, стискивая ее руку, и тотчас тело ее содрогнулось и выгнулось в жестоком спазматическом кашле. – Я снова больна, – слабо выдохнула она.
– Не бойся, – успокоила Дженни, низко склоняясь и откидывая спутанные белокурые пряди со лба Бренны. – Не бойся…
Страдальческий взгляд Бренны упал на пугающую фигуру графа, громоздившуюся в дверях.
– Нам надо домой, – сказала она ему. – Мне нужно… – ее охватил очередной приступ жуткого лающего кашля, – мне нужно лекарство!
С тяжело бьющимся от нарастающего страха сердцем Дженни через плечо оглянулась на Ройса:
– Отпустите ее домой, пожалуйста!
Вне себя от испуга, она выпустила руку Бренны и бросилась к порогу, утащив Ройса за собой из комнаты.
Закрыв дверь, чтобы слова ее не расстроили Бренну, повернулась к своему захватчику и потерянно проговорила:"
"– Бренна может умереть без теткиного бальзама. В прошлый раз у нее останавливалось сердце!
Ройс сомневался, что девушке-блондинке действительно угрожала смерть, но Дженни явно опасалась, а Бренна, похоже, не притворялась.
Дженни, увидев, как на его твердом лице отразилась нерешительность, подумала, что он собирается отказать, и попыталась умилостивить его, сознательно пойдя на унижение.
– Вы сказали, что я слишком горда, и это… это правда, – вымолвила она, умоляюще кладя руку ему на грудь. – Если вы разрешите Бренне уехать, я соглашусь на любую унизительную работу, которую вы мне назначите. Я буду скрести полы. Я буду сопровождать вас, буду готовить для вас еду на кухне.
