Дворы меняли границы сообразно новым условиям. Первые века ушли на восстановление того, что было разрушено за войну. Фэйский мир залечивал свои раны. И ему существование стены виделось все более оправданным. Так стена стала легендой, где вымысел плотно заслонил собою правду.
После двух с лишним часов, проведенных под землей, яркий солнечный свет уже не вызывал желания спрятаться в тень или задернуть шторы. Мы с Ризом сидели в одной из тихих гостиных Дома ветра. Перед нами стояла серебряная чаша, доверху наполненная виноградом.
— Даже если все дворы войдут с нами в союз. Даже если нас поддержат Кейр и Двор кошмаров… У нас будет шанс победить в этой войне? — спросила я.
Риз откинулся на мягкую спинку стула, украшенную вышивкой. Я сидела на таком же стуле. Нас разделял низкий столик, где и стояло блюдо с виноградом. За окном во всю стену — внизу и вдали — сверкал под солнцем Веларис. Безмятежный и необычайно красивый, невзирая на шрамы, нанесенные вторжением.
— В лобовом столкновении шансы на победу невелики.
Резкие, но честные слова. Моя рука потянулась за очередной виноградиной и замерла.
— А ты бы… если бы вы с правителем Сонного королевства сошлись в поединке…
— Смог бы я победить? — договорил за меня Риз. Как и я, он любовался послеполуденным Веларисом. — Не знаю. Король ловко умеет скрывать свою истинную силу. Но в тот злополучный день он одолел нас не силой, а хитростью и угрозами. Он ведь гораздо старше меня. На его стороне — громадные знания и опыт нескольких тысячелетий. Если же говорить о поединке… Сомневаюсь, что у нас до этого дойдет.
Король попытается задавить нас численным превосходством, измотать наши силы, заставить биться сразу на нескольких фронтах. Если бы мы сошлись с ним в поединке, если бы он открыто принял мой вызов… разрушения и тогда были бы катастрофическими. Это я еще не беру в расчет Котел.
У меня зашлось сердце, а Риз продолжал:
— Я готов принять на себя этот удар, если другие хотя бы выступят вместе с нами против него.
Я вцепилась в стул.
— Ты не должен этого делать.
— А если нет другого выхода?
— Я отвергаю такою возможность! — заявила я.
Риз пожал плечами:
— Но для Притиании это может оказаться единственной возможностью.
Я знала: случись такое, Риз один встанет против короля и армии Сонного королевства. Будет сжигать себя изнутри, пока…
— Риз, ты мне нужен. Как моя единственная возможность. Как мое будущее.
Ответом мне было молчание. Даже солнце, согревавшее мои ноги, не могло побороть ледяной холод в душе.
