Ты… воевала со своим страхом. Ты была… доброй, — повторил суриель.
Я заплакала.
— И ты был добр ко мне, — сказала я, даже не пытаясь вытереть слезы, капавшие на его окровавленный рваный плащ. — Спасибо тебе за помощь. Ты помогал, когда мне было больше не на кого рассчитывать.
Он слабо улыбнулся безгубым ртом. Потом с усилием втянул воздух.
— Фейра Аркерон, я же говорил тебе: оставайся с верховным правителем. И ты послушалась.
Я помнила эти слова. Суриель произнес их в первую нашу встречу.
— Ты ведь подразумевал Риза? С самого начала.
Я это не сразу поняла.
— Оставайся с ним… и дождись времени, когда все выправится.
— Я так и сделала. Все выправилось.
— Нет, пока еще не все. Оставайся с ним.
— Обязательно.
Грудь суриеля поднялась и тут же опала.
— Я ведь даже не спросила твоего имени, — прошептала я.
Суриель — не имя, а название породы. Мне вдруг подумалось, что он был кем-то вроде предводителя суриелей.
— А так ли уж это важно, Разрушительница проклятия? — снова улыбнулся умирающий.
— Да.
Его глаза начинали гаснуть. Своего имени он мне так и не назвал, лишь сказал:
— Тебе пора уходить. Опасно в этом лесу… очень опасно. Жуткие твари тянутся сюда… на кровь.
Я стиснула его сухенькую перепончатую кисть. Кожа холодела.
— Я не тороплюсь.
Прежний охотничий опыт научил меня определять, когда жизнь уйдет из тела раненого зверя. Жить суриелю оставалось не больше двух минут.
— Фейра Аркерон, — едва слышно произнес суриель. Он смотрел вверх, где сквозь листву просвечивало небо.
Потом с невероятным трудом втянул в себя воздух. — Исполни просьбу.
— Любую, — сказала я, наклоняясь к нему.
Новая попытка вдохнуть.
— Сделай этот мир… лучше, чем он был, когда ты в нем появилась.
Грудь суриеля поднялась и замерла. Он выдохнул ртом. В последний раз.
Я вдруг поняла, почему суриель трижды приходил мне на помощь. Не только по доброте душевной. Он был… мечтателем. А теперь сердце мечтателя перестало биться в этом неказистом и даже страшном на вид теле.
Внезапная тишина показалась невыносимой.
Я положила голову на его замершую костлявую грудь и заплакала."
"Я плакала и не могла остановиться. Мои плечи вздрагивали. Я совсем забыла, что нахожусь в крайне опасном месте. Пока чья-то рука не опустилась на мое плечо. Запах и ощущения были мне незнакомы. Но я сразу же узнала голос.
— Идем, Фейра, — тихо сказал мне Хелион. — Здесь небезопасно. Идем.
Я подняла голову. Лицо Хелиона было сумрачным, а смуглая кожа — непривычно бледной.
