Задний двор наполнился болтовней, за которой последовал звон тарелок, когда все принялись за еду.
Я держался в стороне, позволяя остальным провести время с Алессандрой, пока толпа не разошлась, и я не остался с ней наедине.
— Наконец-то, — я сократил расстояние между нами и нежно поцеловал ее в губы. — Думал, они никогда не оставят тебя.
Ее смех вибрировал у меня на губах.
— Это ты их пригласил! Доминик Дэвенпорт, организатор мероприятий, — поддразнила она. — Кто бы мог подумать?
— Не привыкай к этому. Я сделал это только для тебя, — я снова коснулся ее губ своими.
— С днем рождения, amor.
— Спасибо, — Алессандра улыбнулась, ее взгляд был таким мягким, что мог растопить самое холодное сердце. — Я знаю, ты ненавидишь вечеринки, поэтому ценю, что ты организовал это. И я рада, что ты выбрал апельсиновый пирог вместо тапиоки.
Я потратил недели, обсуждая, какой торт ей купить. Как она…
Мое лицо вытянулось.
— Ты знала?
— Нет, — быстро сказала она, очевидно осознав свою ошибку. — Ладно, хорошо, да, но важна сама идея.
Я не мог в это поверить. Я был настолько осторожен, что даже купил второй телефон, чтобы спланировать вечеринку.
— Кто меня выдал? Это был Марсело? — Ее брат вообще не умел хранить секреты.
— Я слышала, как ты разговаривал об этом по телефону, когда однажды пришел домой пораньше.
Черт. Я знал, что мне следовало ответить на этот звонок в комнате со звукоизоляцией.
Алессандра рассмеялась.
— Серьезно, это не имеет значения. Все равно это лучший день рождения, о котором я могла только и мечтать.
— Но из этого не получился сюрприз, — проворчал я.
Однако мое недовольство постепенно исчезло, когда я увидел, как счастлива была Алессандра. Больше всего на свете она любила находиться рядом с теми, кто был ей дорог, и следующие несколько часов слились в поток еды, напитков и смеха.
Беа не показывала Алессандре свою открытку, пока та не открыла последний из своих подарков в конце вечера.
— С днем рождения, мамочка, — застенчиво сказала она, ее прежняя энергия была подавлена переутомлением.
Она бегала по дому весь день, и ей уже давно пора было ложиться спать.
Алессандра уставилась на карточку, ее глаза блестели от эмоций.
— Ты оставила лучшее на десерт. — Она поцеловала Беа в макушку. — Спасибо тебе, милая. Это прекрасно.
— Папа сказал... — огромный зевок распластал лицо Беа. — Папа сказал тоже самое…
— Что ж, папочка был прав. Я собираюсь прикрепить это прямо на холодильник, чтобы видеть твою открытку каждое утро.
