Предполагалось, что моя роль заключалась в том, чтобы открыть Кастилу доступ к тебе. Я долгие годы прожил во лжи, чтобы он мог взять в плен Деву и использовать ее, чтобы освободить брата и вернуть некоторые из похищенных у нас земель. Я понятия не имел, кто ты и почему тебя сделали Девой.
– И его брак со мной показался тебе предательством? – предположила я.
– На самом деле нет, – ответил он, удивив меня. – Он все еще мог исполнить то, что от него ожидалось. Возможно, это оказалось бы даже легче, когда ты его жена, а не пленница.
– Тогда почему? Потому что я… потому что во мне есть капля крови бога?
– Капля? – рассмеялся Янсен. – Девочка, я знаю, что ты натворила в храме. Тебе нужно больше верить в себя.
Во мне вскипел гнев, и я приветствовала его, вцепившись в это чувство. Это была лучшая компания, чем горе.
– Я много лет не была просто девочкой, так что не называй меня так.
– Мои извинения. – Он склонил голову. – Готов биться об заклад, что в тебе гораздо больше, чем капля. Твоя кровная линия должна была оставаться очень чистой, раз ты проявляешь такие способности.
Он вдруг подался вперед и схватил меня за подбородок. Я попыталась вырваться, но он удержал меня. Его темные глаза осмотрели мое лицо, словно он что-то искал.
– Странно, что я никогда прежде этого не видел. А должен бы.
Я схватила его за предплечье. Кандалы на запястье предупреждающе сжались.
– Убери от меня руки.
– Или что, Дева? – Его улыбка стала чуть шире, а мой гнев разгорелся еще жарче. – Ты не можешь сделать со мной ничего, что не причинит вред тебе самой.
Я только что назвал тебя умной. Не выставляй меня лжецом.
Мой бессильный гнев коренился в отчаянии оттого, что я не могу защитить себя.
– Отпусти меня!
Янсен убрал руку. Вдруг встал и посмотрел на кучу костей рядом со мной. Я тяжело дышала, а сердце бешено билось."
"– Я знал, что задерживаться в Масадонии неразумно, – сказал он. – Поэтому я уехал вскоре после вас. Я встретился с Аластиром по пути в Предел Спессы. Вот тогда я и узнал, кто ты.
Я впилась ногтями в ладони.
– Значит, Аластир знал, кто я?
– Когда он впервые увидел тебя – нет.
Он пнул что-то носком сапога, и предмет пролетел по пыльному полу. Это оказалась отсеченная кисть руки. Мне стало дурно.
– Я оставался в тени, пока не пришло время, и тогда принял облик Беккета.
– Ты стоял и смотрел, когда нас едва не одолело войско Вознесшихся. Люди умирали, а ты ничего не делал?
Мой голос сочился презрением.
Он бросил на меня взгляд.
– Я не трус.
