"
"Они были разложены повсюду: на полке примостился милый плюшевый медведь, видавший лучшие дни. В главной гостиной стояли книги в кожаных переплетах – несколько детских, остальные, похоже, сборники сказок. Но никаких учебников. Ухмыльнувшись, я обнаружила два тренировочных меча с тупыми клинками – они висели на стене в холле между гостиной и столовой. В столовой – несколько картин, одна из них точно Кастила: сирень, серый камень и чистая голубая вода.
Пещера.
В гардеробной я нашла одежду, которую мы привезли с собой, и вещи, отправленные заранее.
Все уже развешенное и сложенное. В сундуке обнаружился склад оружия, способного пронзать плоть и камень: клинки из золотистого металла, из стали и кровокамня. У другой стены, между дверью в ванную и шкафом возвышались два каменных пьедестала с узкими выступами. Интуитивно я знала, для чего они. Я смутно помнила, что видела нечто подобное в замке Вэйфейр.
Я сняла с головы корону. Позолоченная кость была гладкой и холодной на ощупь, как кость вольвена в рукоятке моего кинжала.
Осторожно уложила корону на выступ пьедестала.
Королева Плоти и Огня.
Плоть и Огонь. Я уже дважды слышала это выражение. Так сказала мать Кастила, когда впервые меня увидела, и эти же слова прозвучали в пророчестве, процитированном Аластиром.
Но я – не великий заговорщик.
Этот титул… он звучал потрясающе.
Я с усмешкой отвернулась от короны и подошла к тумбочке. Нашла деревянную лошадку и взяла ее, любуясь тонкостью работы. Ни одна деталь не упущена. Я перевернула игрушку и с удивлением обнаружила вырезанное имя – «Малик».
Я провела большим пальцем по бороздкам в дереве.
– Ее сделал Малик, – сказал Кастил, стоя в дверном проеме. Обернувшись, я проследила, как он снимает корону и кладет на пьедестал рядом с моей. – На мой день рождения. Кажется, на шесть лет. Боги, это было вечность назад. – Он помолчал. – А мы ведь не знаем, когда друг у друга дни рождения?
– Уверена, что мы…
Я рассмеялась, сообразив, что он прав. Я положила лошадку обратно. Нам так много известно друг о друге, и все же многое – нет.
– Когда у тебя день рождения?
Он усмехнулся и прислонился к стене.
– Я родился в первый день шестого месяца. А ты?
Моя улыбка угасла.
– Я родилась в четвертом месяце.
– И? – Он поднял бровь.
Я шагнула вперед.
– Я… не знаю. То есть не помню.
У меня сохранились смутные воспоминания о праздновании дня рождения, когда я была маленькой, но после смерти родителей ни Йен, ни я дни рождения не отмечали.
Я повела плечом.
