— Значит, у тебя хватает сил появляться здесь? — накинулась Селена на древнюю королеву. — А почему же ты ночью не помогла мне закрыть портал?
Лицо королевы было хмурым. Элиана молчала. Селена расхаживала между саркофагами и ждала ответа.
— Я не могла, — наконец сказала Элиана. — Даже приход сюда стоил мне изрядных сил.
— Мне нельзя ехать в Вендалин, — заявила Селена. — Я никак не могу туда ехать. Шаол ведь знает, что я выполняю твои приказы. Зачем он полез к королю со своим дурацким замыслом?
— Остановись и успокойся, — мягко предложила ей Элиана.
— Между прочим, мой отъезд ломает и твои замыслы, — сердито бросила ей Селена. — Если я окажусь в Вендалине, мне уже будет не до Ключей Вэрда и не до адарланского короля. И даже если я попытаюсь его обмануть и спрятаться где-то здесь, рано или поздно мой обман раскроется.
— В Вендалине ты будешь рядом с Доранеллой. Думаю, потому капитан и задумал отправить тебя туда.
Селена сердито расхохоталась. Ах, до чего же заботлив этот капитан королевской гвардии!
— Он хочет, чтобы я благодушествовала среди фэйцев и больше не возвращалась в Адарлан? Этого нельзя допустить.
Он не только погибнет сам. Ключи Вэрда…
— Завтра ты поплывешь в Вендалин, — сверкнув на нее глазами, мягко, но властно сказала Элиана. — Забудь на время о короле и Ключах Вэрда. Отправляйся в Вендалин и делай то, что необходимо.
— Не ты ли внушила капитану эту мысль?
— Нет. Капитан пытается спасти тебя единственным доступным ему способом.
Селена замотала головой:
— Ты когда-нибудь перестанешь отдавать мне приказы?
Элиана негромко рассмеялась:
— Перестану, когда ты… перестанешь бегать от своего прошлого.
Селена свела брови и приготовилась ответить дерзостью, но потом вдруг вспомнила ночной разговор с Нехемией и устало опустила плечи.
— Я говорила с Нехемией… через портал. Она сказала, что знала свою судьбу и радостно шла навстречу. Еще она сказала, что только так можно было вызвать перемены. Как ты думаешь, может, она и Аркера вовлекла в…
Селена замолчала.
Ей было не высказать вслух страшную догадку. Нехемия могла сама устроить свою гибель, зная, что только это вызовет перемены в мире и заставит измениться Селену. Получалось, смерть принцессы была убедительнее, нежели ее жизнь.
На руку Селены легла узкая холодная рука королевы.
— Забрось эту мысль в самый дальний угол своего сознания. Какой бы ни была правда, она не изменит то, что тебе надлежит сделать завтра. Правда не отменит твоего отъезда.
