Эти слова нужно было говорить гораздо раньше. Хотя неизвестно, изменили бы они что-то в замыслах Нехемии.
— Я хочу, чтобы ты знала, — шептала Селена. — Ты была права. Очень права. Я — трусиха. Я долго убегала от судьбы. Я успела забыть, что это значит — остановиться и дать бой. — Селена склонилась еще ниже, коснувшись могилы лбом. — Но я тебе обещаю. Обещаю остановить его. Обещаю, что не забуду и не прощу ни единой капли зла и унижений, причиненных тебе. Я тебе обещаю: Эйлуэ будет свободной. Обещаю, я своими глазами увижу, как твой отец вновь наденет корону.
Селена встала, вынула кинжал и разрезала себе левую ладонь. Ярко-красная кровь капала на могилу Нехемии. Селена прижала ладонь к земле.
— Я обещаю, — повторила Селена. — Клянусь своим именем, своей жизнью, даже если для этого мне придется отдать ее без остатка. Но Эйлуэ будет свободной. Я тебе обещаю.
Кровь уходила в землю, неся послание Селены в иной мир. Туда, где Нехемия наконец-то была в безопасности. Отныне для Селены не будет других клятв, других приказов, других обязательств.
Только это: не забуду, не прощу.
Она не знала, каким образом выполнит свое обещание и когда. Но она обязательно выполнит… потому что Нехемия не смогла.
Потому что для нее самой настало время перемен.
Глава 55
Сломанный замок на двери спальни Селены так и не успели починить. Сама дверь была полуоткрыта, когда утром туда постучался Дорин, нагруженный книгами. Селена стояла возле кровати, засовывая одежду в большую кожаную сумку. Первой Дорина почуяла Быстроногая, хотя принц не сомневался, что Селена тоже слышала его шаги.
Припадая на раненую лапу, но неутомимо виляя хвостом, собака поспешила к нему. Принц свалил книги на письменный стол и присел на корточки, позволяя Быстроногой выполнить обязательный ритуал облизывания.
— Лекарь сказал, что лапа скоро заживет, — сообщила Селена, продолжая сборы. — Он был тут совсем недавно.
Дорин заметил повязку на левой руке Селены. Вчера повязки не было. Может, случайно поранилась при сборах?
Принц погладил Быстроногую и встал.
Селена оделась по-дорожному: плотный камзол, такие же штаны и теплый плащ. Вместо изящных туфель — тяжелые коричневые сапоги на особой, почти бесшумной подошве.
— Ты что же, собиралась уехать, даже не попрощавшись?
— Я думала, так будет лучше.
Через пару часов она поплывет в Вендалин, страну легенд и чудовищ, королевство грез и кошмаров, становящихся явью.
— Этот замысел — просто безумие какое-то, — сказал Дорин, подходя к ней.
