Корона жигана

Бандиты не стали устраивать долгих препирательств, завели бедолагу за флигелек и от имени советской власти выстрелили ему в лицо.

Самое неприятное в создавшейся ситуации было то, что по Москве поползли слухи, будто в квартиры мирных граждан врываются оголтелые чекисты и стреляют всех без разбору.

Дважды Сарычева вызывал Дзержинский и оба раза не предложил даже присесть. Продержал его у порога, несмотря на то, что беседы были долгими. Это был очень дурной знак.

Три дня назад Игнат встретился с Грошом, который подтвердил предположение о том, что Кирьян теперь «работает под чекиста».

Будто бы нынче у мадам Трегубовой дел невпроворот, а на Хитровом рынке появилось множество драгоценностей.

Грош дал два адреса, по которым в ближайшее время должны были нагрянуть жиганы. Клиенты солидные — оба предприниматели: один заведовал крупным рестораном, другой был хозяином магазина мехов. Чтобы убедиться в серьезных намерениях жиганов, Сарычев под видом бродяг отправил по названным адресам сотрудников. Вернувшись, те подтвердили, что у подъездов дежурят беспризорники — верный признак того, что квартиры взяты на заметку.

Пару раз в подъезд заходили люди, не проживающие в этом доме. Оставалось только устроить засаду и взять Кирьяна с поличным. Но неожиданно пацаны исчезли, пропал и хромой нищий-побирушник. Кирьян не объявился ни в этот день, ни на следующий. Не появился он и на другой квартире. А коммерсанты продолжали радоваться жизни, даже не подозревая о том, что находились всего лишь в шаге от налета.

Кирьян просто исчез. Так бывало и раньше.

На некоторое время в столице наступило затишье. И даже самые осторожные стали сдержанно заговаривать о том, что уголовный розыск может работать, когда захочет.

В действительности причина крылась в другом, Сарычев понимал это, как никто другой. Жиганы Кирьяна всего-навсего затаились и теперь дожидались случая, чтобы ущипнуть побольнее.

Сарычев подошел к окну. Его встретили тусклые огни уличных фонарей. Поиски по ресторанам и прочим злачным местам также ничего не дали.

Кирьян, будто играя, ускользал от него, словно угорь, буквально за несколько минут до появления уголовного розыска. Следовательно, система оповещения у бандита была налажена куда эффективнее, чем его собственная. А это означало одно — у муровцев появился «крот».

Игнат подошел к сейфу и перебрал папки с делами сотрудников. Он уже не однажды просматривал ее, пристально вглядываясь в казенные фотографии на учетных листках.