Я же шагнула в другую сторону, на лестницу, чтобы начать освобождать кабинет директоров для собрания техники, попутно доставая телефон, чтобы предупредить брательника.
Аринкин голос остановил меня уже на балконе:
— Стась, а может, я тоже могу что-то сделать?
Упс. Вопрос не в бровь, а в глаз! Столы я ее таскать не заставлю, компы тоже, да и с охраной ее не отправишь. Проще говоря, второй-то арт-директор остался у меня бесхозный! Хотя…
— Сделай кофе, Риш, — опираясь руками на перила, негромко попросила стоящую внизу девушку.
— Много кофе. Чую, эта ночь будет долгой…
Я немного не подрассчитала — долгой была не ночь. И даже не день! Невыносимо долгими, нудными и беспросветными оказались двое суток непрерывной, кропотливой работы…
Первый сутки мы почти не спали, глотая на ходу кофе и приготовленные Ришей бутерброды. После того, как Потапыч забрал ее домой, стало чуть похуже, но мы справлялись, методично вычищая один комп за другим. Работа шла тяжело, со скрипом, но шла.
На вторые сутки стало тяжелее, дремали мы по очереди, урывками. Честно говоря, на окружающих мы мало обращали внимания, покрасневшие глаза и гудевшая голова фиксировала только очередную кружку с кофе, появляющуюся из ниоткуда, да мозг пару раз отстраненно заметил, что сигареты у меня вдруг приобрели свойство нескончаемости.
Впрочем, заметить — это одно, а задуматься, когда на твоей совести спасение клиентской базы элитного развлекательного заведения — уже совсем другое…
Первым сдался Жека.
Последнее, финальное сканирование Кощеевского компа со всей документацией было запущено, и бледный, лохматый до невозможности сисадмин просто вырубился, уронив голову на скрещенные перед собой руки. Меня хватило чуть дольше.
Мужественно перетерпев сонливость, в полной тишине кабинета дошаманила Михин комп, спасла Харлеевский, запустила его на очередную проверку на вирусы, перекурила… и поняла, что на большее меня не хватит.
Я повторила Женькин маневр, пристроила подбородок на руках, опираясь на край стола, прикрыла глаза всего на секунду… И тут же отключилась.
Что удивительно, замерзнуть в этот раз я не сумела. И, наверное, поэтому спала непривычно крепко, в кой-то веки не вздрагивая от непрекращающихся ночных кошмаров. Впрочем… во время ночевок под боком у Цепеша, как выяснилось, они тоже не объявляются, видимо, банально не выдерживая конкуренции.
