Корпоратив королевской династии

– Да! Нет! Вернее, да! В смысле, корсета в моих туалетах нет, а вот кринолинов полно! Обожаю их! И чем они жестче, тем лучше!

– Чудесно, – обрадовалась Ира, – войдем в нашу красоту, стоим смирно, вдох, не дышим… опля! Боже! Вы роскошны! Восторг! Ах, какая я молодец. Нравится? Гляньте в зеркало.

Я повернула голову и увидела нечто, смахивающее на кочан капусты, из него торчала палка, на конце которой сидела моя голова с разнесчастным выражением лица. Затянутый корсет сделал верхнюю часть моего тела похожей на ручку от швабры.

– Восторг! – захлопала в ладоши Ира. – Но… Лампочка… э… э… у вас… э… э… спортивная фигура. Декольте… э… э… требует… только не подумайте, что я хочу вас обидеть. Нет! Не дай бог! Обожаю, когда женщина стройная, но… э… оно… ну…

Я решила помочь Ирине:

– Да! – выдохнула моя наставница. – Чтобы он так аппетитно смотрелся. Сейчас немного не тот эффект получился.

Я опять посмотрела в посеребренное стекло, окантованное вычурной резной рамой. «Немного не тот эффект». Деликатно сказано.

– Пуш-ап нам тут не поможет, – задумчиво протянула Эклунд.

– Верно, – хихикнула я, – нельзя поднять то, чего нет.

– Ой, простите, – смутилась дочь ветеринара, – я имела в виду другое. Вы стильная дама, и…

– Да ладно вам, – отмахнулась я, – совершенно не переживаю из-за отсутствия форм. Что выросло, то и донашиваю.

Ирина метнулась к шкафу и вытащила оттуда нечто похожее на две полусферы.

– Думаете, вы одна такая? Ха! Каждая вторая, включая меня, стиральная доска.

Ира распустила корсет, я сделала судорожный вдох.

– Видите два кармашка? – вещала Эклунд. – Кладем в них волшебные приспособления, шнуруем и… опля! Волшебно! Гламурно! Исторически верно! Многие подлинные старинные наряды снабжены пазухами для фальшивой груди. Не надо полагать, что в давно ушедшие времена все дамы походили на кормящих. Да никогда. Вкладки наше все! Главное – прочно их на липучках присобачить, чтобы не вывалились. Ну! Любуйтесь. Вот!

Ира подкатила зеркало почти впритык ко мне.

– Размер четвертый, не меньше, – засмеялась я, – может, найти формы поскромнее?

– Никогда, – не согласилась наставница. – Зачем нам убожество? Ой, простите!

Я сделала вид, что не слышала последней фразы, а Эклунд засуетилась.

– Теперь паричок. Упс! Красота!

– Прямо башня, – вздохнула я, рассматривая свое отражение. – Не упадет?

– Шпилечками подколю, – пообещала Ирина, – клей есть специальный. Намертво присобачу. Ну-с! Начнем.