Корпоратив королевской династии

– Вы не в Москве или в Питере, но исторически сложилось так, что здесь много русских, поэтому пельмени и пироги пользуются популярностью.

– Каша замечательная, – решил сгладить хамство дочери Кирилл Григорьевич, – положу-ка себе добавки.

Он встал, взял стоявшую на столе фарфоровую емкость и спросил у жены: – Хочешь еще?

– Не… – начала Валентина, но договорить не успела.

Рука Кирилла, в которой он держал супницу, изогнулась в запястье, подломилась… Супница упала на пол, в разные стороны брызнул веер осколков. Каша осела на полу, на скатерти, на одежде Нонны и Алексея, на волосах Гали…

– Папа, блин, – завизжала дочь, – ты косорукий.

– Ерунда, сейчас уберем, – засуетилась Беата, – не беспокойтесь.

– Никто и не волнуется, – процедила Мэри, – гость не должен сам себе еду накладывать. На вашем сайте написано, что отель Олаф имеет пять звезд.

– Да, у нас все для вас, – защебетала Ирина.

– Кроме лакея, который стол обслуживает, – фыркнула Мэри.

– Валерия! – крикнула Ира.

В столовую вбежала высокая худая девушка в фартуке и начала орудовать тряпкой.

– Эй, поосторожнее, ты меня по ногам лупишь, – сделала ей замечание Галя.

Валерия подняла голову, посмотрела на нее, но ничего не сказала.

– Если не умеешь пол мыть, то лучше дома сиди, – не успокоилась Галина.

Девушка, не произнося ни слова, старательно убирала кашу и осколки.

– Во нахалка, – разозлилась девчонка, – намочила мне джинсы и не извинилась! Это ваще как? Красиво?

– Валерия, попроси прощения, – велела Беата.

Девушка выпрямилась, повернулась к Гале, низко поклонилась и снова схватилась за тряпку.

– Она издевается, – рассвирепела девица, – кривляется! Рот раскрыть не хочет. А ну, говори немедленно: «Простите меня». Иначе нажалуюсь хозяйке, и тебя выпрут.

Валерия подняла голову и сделала ею движение, которое определенно означало: «нет».

– Хамка! – топнула ногой Галя.

Я с трудом сдержалась, чтобы не сказать скандалистке: «Уборщица ненамного старше тебя, но ей не повезло иметь обеспеченных родителей.

– Иди, Лерочка, – попросила Беата, – выпей чайку на кухне.

– Супер! Ей еще пирожных за наглеж дают, – покраснела Галя.

Беата взглянула на Ирину, та перестала улыбаться.

– Валерия немая. Она умеет издавать звуки вроде ой, ай, ох. Но слышит хорошо. Лерочка не издевалась, она извинилась, как могла, с помощью поклона.