Корпоратив королевской династии

Розамунда поставила передо мною большую кружку.

– Вот вы спросили, кто такие Верные? Много веков назад первый из известных нам Хансонов построил Олаф для своей жены, та была русская с большим приданым из княжеской семьи, знатная партия. Я читала книгу «Великие Хансоны», которую Анетта Брюке написала. Ей за нее премию дали в области литературы, хотя труд на самом деле исторический. Анетта дотошная, она выяснила, что Магнус Хансон, от которого все они пошли, на самом деле никогда не являлся представителем знати.

Он простой солдат, которому всего лишь повезло. Магнус вошел в русский город, и в него влюбилась княжна, родители не стали счастье дочери рушить, согласились на неравный брак. Олаф возведен на деньги русского князя, а не на жалованье солдата. Неча Хансонам богатством и родовитостью кичиться, все это не их заслуга.

Я молча слушала Розамунду. Что и как на самом деле случилось в тысяча двести бог знает каком году, сейчас узнать невозможно. Аптекарша же говорила и говорила.

Молодая жена прибыла к мужу с обозами, набитыми дорогими вещами, и с обширной челядью. Некоторые люди, приезжающие в чужую страну и понимающие, что жить им в ней до скончания века, стараются слиться со средой, перенимают местные обычаи, меняют религию, образ жизни, одежду. И радуются тому, что их дети в новой стране уже не чужестранцы, а коренные жители. Чаще всего в таких семьях быстро забывают некогда родной язык. Но в Гардсардрундъюборге получилось иначе. Русская дворня новобрачной и ее свита обзавелись местными мужьями-женами.

Пращур Хансонов обожал княжну, выучил родной язык супруги. С тех пор повелось, что все мужчины семьи Хансон начали ездить за невестами в Россию. А их слуги и придворные подражали владельцам Олафа. Шло время, в округе появилось несколько замков, они переходили из рук в руки, в разное время становились тюрьмами, больницами, один даже был психиатрической лечебницей, потом у этих зданий появлялись новые владельцы, но ни одна из аристократических фамилий не могла встать вровень с Хансонами. Олаф был не очень велик, не очень богат, но он всегда принадлежал только одной семье, в чистоте крови которой не было сомнений. Хансоны всегда правили городом, устанавливали в нем свой порядок. И это, конечно же, кое-кому не нравилось. В особенности семье Лагер, которая тоже кичилась своим происхождением. Правда, большинство людей называло Лагеров чужими курами хозяйского двора.