Корсар

Хорошо, что в предыдущий наш рейс из Англии не везли ничего, что можно было бы причислить к военным грузам. Иначе бы потерял не только шхуну, но и акции Ост-Индской компании, и накопления, нажитые непосильным корсарским трудом. Но я знаю, поэтому с гукеров могут видеть на палубе шхуны всего четырех матросов, которые чинят старый парус, растянув его от борта до борта. Тех, кто прячется под парусом, надеюсь, на вражеских судах увидят, когда уже будет поздно. Там возле заряженных карронад затаились комендоры, морские пехотинцы и часть матросов, вооруженных фузеями, пистолетами, палашами и топорами.

"

"— Командир на правом гукере, — подсказывает мне Хендрик Пельт. — Француз, из военных капитанов.

Я навожу подзорную трубу, длинную, с черным корпусом, украшенным позолоченными кольцами, на правый гукер. Труба, как минимум, шестикратная, точно сказать не могу, но лишь малость уступает восьмикратным биноклям, которые были у меня в двадцать первом веке. Единственный недостаток, к которому никак не привыкну — подзорная труба предназначена для одного глаза, второй приходится зажмуривать, отчего он сильно устает.

Капитан гукера стоит на шканцах один. На нем застегнутый, кожаный плащ длиной почти до палубы. На голове темно-синяя шапка-треуголка с черными тесемками, завязанными под подбородком. Лицо показалось мне знакомым.

— Сколько лет этому французу? — спросил я шкипера.

— За пятьдесят, — ответил Хендрик Пельт. — Я мало с ним общался. Меня сразу передали на другой гукер, которым командует мой земляк из Роттердама Ян Гигенгак, бывший рыбацкий капитан.

Говорят, он в доле с судовладельцем.

— Он не из тех Гигенгаков, что были богатыми судовладельцами? — поинтересовался я.

— Они и сейчас не бедные. В прошлом году у них было четыре флейта и с десяток судов поменьше, но этот — дальний родственник, рыбачил на них, — рассказал шкипер.

— Значит, эти гукеры принадлежат Гигенгакам? — предположил я.

— Кто его знает?! — пожал плечами Хендрик Пельт. — Про такие дела вслух не говорят, но у Петера Гигенгака хорошие связи и с датчанами, и со шведами.

У него везде связи. Он и сейчас умудряется возить французские товары в Англию и наоборот.

Беспринципность, для которой придумали более красивое слово конформизм, как основа растущего благосостояния. Как по мне, так лучше уж на большую дорогу с топором. Хотя преступники о методах не спорят.

Оба фиш-гукера идут такими курсами, чтобы оказываются совсем близко к шхуне.