Корсар

Полный трюм солонины помогал судну лучше держаться на курсе, а команде наедаться от пуза и легче переносить тяготы морской жизни.

10

Мы шли под французским флагом вдоль французского берега пролива Ла-Манш, на удалении мили две-три от него. Судя по тому, что нас не пугались рыбаки, здесь еще не распространили сообщение о моей шхуне, нас принимают за своих. Я решил поохотиться возле эстуария Сены. Парижу надо много товаров, и большая часть их попадает в город по реке. Морские суда перегружаются на речные в портах Руан и Гавр.

Второй порт относительно молод, меньше двух столетий ему, но развивается стремительно, несмотря на высокие приливы."

"Вечером на подходе к Гавру нас обложил туман, густой, казалось, его можно рвать на куски, как вату. Видимость упала метров до тридцати, бак шхуны разглядишь с трудом. В это лето, как и в прошлое, туманов стало слишком много. Наверное, из-за дождей. Они второй год поливают чаще и обильнее, чем было раньше. Мы легли в дрейф, благо начался отлив, и судно медленно понесло на северо-восток, почти параллельно берегу.

Якорь отдавать не хотелось, чтобы не потерять его, если вдруг придется быстро сматываться. Вынесет на мель — не беда, при приливе снимемся. Опыт мне подсказывал, что туман продержится до утра.

Сырой западный ветер задул на рассвете. Туман начал словно бы оседать и растворяться в серой морской воде. Через час от него не осталось и следа. Открылось серое небо, затянутое серыми тучами. Не было видно ни французского берега, ни, тем более, английского.

Мои серые мысли разогнал крик впередсмотрящего с грот-мачты:

— Вижу судно!

Это был трехмачтовый пинас длиной более сорока метров, шириной тринадцать и водоизмещением около восьмисот тонн. На мощном бушприте нес блинд и бом-блинд, на фок-мачте и грот-мачте — по три яруса прямых парусов, а на бизань-мачте — косую бизань и крюйсель. Пинас шел курсом крутой бейдевинд левого галса в сторону английского берега. Наверное, собирался на таком галсе продвинуться против ветра на запад, а потом курсом галфвинд проследовать в Гавр или Руан.

В военное время торговые суда в одиночку не ходят. Этот, скорее всего, отбился в тумане от конвоя. На нас он сперва не обращал внимание. Купился на французский флаг или расслабился, почти добравшись до цели. Свою ошибку капитан пинаса понял слишком поздно, когда дистанция между судами сократилась до полумили. Он успел развернуть судно левым бортом к нам и с дистанции в кабельтов дать залп из восьми полупушек.