Корсар

По мнению экипажа, трое убитых и десяток раненых — не большая плата за такую хорошую добычу. Моя часть была существеннее — без малого сто тысяч, и я, тем более, был уверен, что три трупа, среди которых нет моего — сущий пустяк за такие деньги.

11

Я решил не встречаться с караваном Жана Барта. Неприятно огорчать коллегу, пусть и плавающего под вражеским флагом. Как говаривал Киплинг, мы с ним одной крови, он и я. Поэтому повел шхуну к английскому берегу, все еще воспринимая его, как вражеский. Что не мешает мне и французский берег считать таким же.

Полил нудный мелкий дождь, словно намереваясь притушить радость от захваченной добычи. К вечеру ветер стих, и висевшие над морем тучи как бы опустились еще ниже и превратились в туман, густой и сырой. Я положил шхуну в дрейф и пошел отдыхать.

Туман исчез к десяти часам дня. Ветра был настолько слаб, что я не мог определить его направление. Создавалось впечатление, что ветер не разогнал, а раздвинул туман. И опять преподнес нам приятный сюрприз. Это был небольшое, тонн на десять, одномачтовое суденышко с рейковым парусом и плоским дном, чтобы хорошо ложилось на грунт во время отлива.

Обычно такие используют рыбаки. Это было изрядно нагружено, сидело глубоко, что не свойственно рыбакам, промышляющим рядом с берегом, и экипаж был всего три человека. Скорее всего, увидели они нас раньше, чем мы их, и подняли парус, надеясь добежать до мелководья и там переждать беду. И зря так сделали. Не подними они парус, мы бы не заметили низко сидящее суденышко. Я послал к нему рабочий катер с абордажной командой во главе с боцманом Магнусом Неттельгорстом, чтобы узнали, под каким флагом суденышко, и приказал поднять на грот-мачте испанский, чтобы не обвинили в пиратстве.

На суденышке так и не подняли никакого флага. Минут за сорок катер добрался до него. Экипаж не сопротивлялся. Еще минут пятнадцать боцман, как догадываюсь, беседовал с капитаном и обследовал груз в трюме. Судя по тому, что капитана на катере повезли к шхуне, а на суденышке оставили трех вооруженных матросов, боцман счел его вражеским.

Капитан суденышка выглядел лет на двадцать семь. На голове повязан серо-зеленый платок, из-под которого сзади выглядывали пряди темно-русых волос. Может быть, из-за цвета платка, глаза казались зелеными. Правый косил. Создавалось впечатление, что капитан ждет удар сзади справа в спину. Усы подковой были недавно подстрижены, благодаря чему казались приклеенными. Длинная кожаная куртка надета на голое тело.