- Всё в порядке, она немножко волшебная, - сказала я, шагнула вперёд и наклонилась, чтобы поднять книгу с пола.
Но вместо кожаного переплёта пальцы мои прикоснулись к кожаному башмаку. Кто-то встал на мою волшебную книгу самым неуважительным образом, и когда я выпрямилась, то нос к носу столкнулась с непонятно откуда появившимся незнакомым мужчиной – худощавым, седоватым, в смешных старомодных штанах до колен и в бархатной чёрной куртке. Мужчина близоруко щурился, вглядываясь в моё лицо, и я изумлённо спросила:
- А это ещё кто?
- Это – Гаспар! – взвизгнула на сей раз госпожа Броссар и рухнула в обморок, повалившись на Надин.
- Бонна! – испуганная Надин похлопывала её по щекам, пытаясь привести в чувство, но та висела на её плече, как мёртвая.
- Воды, быстро! – скомандовал мужчина в бархатной куртке, отодвинул меня в сторону и склонился над госпожой Броссар, взяв её за руку и растирая ладонь.
Прежде чем Ноэль подал воду прямо в графине, госпожа Броссар уже пришла в себя.
Теперь она смотрела прямо на мужчину, который продолжал держать её за руку, и плакала и смеялась одновременно, совсем как Надин на своей свадьбе.
- Это я, Жозефина, точно я, - говорил он, сжимая её ладонь в своих ладонях. – А ты совсем не изменилась, такая же, как была… Совсем не изменилась…
В это время вернулся Планель со священником, и пришлось оставить расспросы на потом – надо было решить, что делать с телом Рафаэля. Зато Планель вытаращил глаза и заорал:
- Гаспар! Какими судьбами?!
Лоис словно подгадала момент и тоже решила упасть в обморок, Ноэль едва успел её подхватить.
Гаспару пришлось оставить свою ненаглядную Фифи и срочно оказывать медицинскую помощь кухарке.
Вода в лицо и лёгкий укол булавкой в безымянный палец привели Лоис в чувство. Саджолена увела её в комнату, чтобы уложить в постель, священник прочитал над телом отходную молитву, получил от Ноэля серебряную монету, посочувствовал, что теперь душа аптекаря точно не попадет на небеса, а потом очень осторожно поинтересовался, что произошло.
- Я вам потом объясню, - Ноэль положил в ладонь священнику ещё одну монету и проводил его до порога.
Принесли какую-то мешковину, мужчины погрузили на неё тело Рафаэля и понесли к гробовщику. В гостиной сразу стало пусто и тихо. Остались только я, госпожа Броссар и Надин.
Только сейчас я вспомнила про свою волшебную книгу и подобрала её с пола. Выглядела она уставшей и потрёпанной.
