Кошки - Мышки (СИ)

Там же люди вокруг, — он сморщился, как от кислого. — Много. Всем им чего-то от меня надо. Одновременно, — он повернулся к Кире: — Нет, не обидно.

Кира прошла к себе за стол, и тут в отдел вошел техдиректор. Вопли оборвались на полуслове.

— Константин Сергеевич, мы когда выезжаем? — очень уважительно поинтересовался Иван.

— Едет Кира, — коротко сообщил Большой Шеф.

Если бы Новикова сейчас стояла, то она бы села. А так как она сидела, у нее только челюсть отпала.

— Но это нечестно, — проявил солидарность Дмитрий.

Все ссоры между приятелями-неприятелями были забыты.

— Распоряжение генерального, — так же коротко прокомментировал начальник.

— Далеко пойдешь, — с презрительной усмешкой кинул Димон Кире.

Все, все сегодняшние события: и ее наряд, и макияж, и роза с зонтиком, внезапно развернулись к Кире кормой. Хорошо еще парни не слышали ее разговор с КотоФеем. Это что бы они про нее подумали? То же, что думают сейчас, наверное. И то же, что думал Константин Сергеевич утром. А она от него еще комплиментов ждала.

— Я никуда не поеду, — заявила она и сложила руки на груди, демонстрируя серьезность намерений.

— Распоряжение генерального, — еще раз повторил техдиректор для непонятливых.

— Я не хочу! — возмутилась Кира.

Если бы она знала, чем всё обернется, сказала бы то же самое вчера Геннадию Николаевичу. Воистину, минуй нас пуще всех печалей…

КиберКот симметрично сотруднице сложил руки на груди и молча уставился на нее. Положение спас Роман.

— Умный не спорит с сильным, — в очередной раз проконфуцитировал он и, подмигнув Кире, поковылял к своему столу.

Парни заржали. Обстановка разрядилась. И хотя неприятные намеки остались витать в воздухе, в открытую недовольство уже никто не высказывал. А Новиковой ничего не оставалось, как отправиться в уже дважды знакомую машину. Первый раз — когда она везла Киру домой после лазертага, а второй — когда вчера подрезала на выезде дорогу Мишелю.

Константин Сергеевич галантно открыл перед ней дверцу переднего пассажирского сидения. Новикова молча села.

— За что вы меня ненавидите? — спросила она.

Кира не была конфуцианкой. И при всем уважении к великому китайцу, сдержать обиду на несправедливость не могла.

— С чего вы взяли? — полюбопытствовал начальник.

— Вы выставили меня в неприглядном свете сначала пред Владиславом Петровичем, а потом перед ребятами.