Кошки - Мышки (СИ)

А в отношении Фрэнка Кира оказалась права.

Второй раунд начал Номер Два. Дима не стал мелочиться:

— Я выставляю Номер Один. — Это была первая его фраза. — Следующий на очереди — Номер Три.

В остальной речи Димона-Шериданса интересными были фразы, что Номер Девять действительно ведет себя агрессивно, а Номеру Восемь следует завидовать молча. После чего Номер Два нежно улыбнулся Номеру Семь. Номер Семь ответила ему тем же. Прямо идиллия. Ромео и Джульетта нашего времени. Как бы Джульетта не оказалась по совместительству Черной Вдовой.

В «красноте» коллеги Кира была почему-то уверена. А вот в Ирине — сомневалась. А за выпад в свой адрес Кира мысленно поблагодарила Огненную. И пометила себе: вернуть должок.

Третий Номер неожиданно бодро поддержал Диму, заявив, что теперь он совершенно точно уверен: Номер Один — мафия, и всё честное население должно голосовать против нее. Ну, конечно: жить захочешь — не так раскорячишься.

Лёха тоже сменил в отношении Огненной милость на гнев. Возможно, решил, что проигрывает Фрэнку в борьбе за ее благосклонность.

Хотя, она, вроде, ни одной пятки Алексею не оттоптала. В «черные» не записывала. С чего такие перепады? Дон, по словам Лёхи, в его глазах «покраснел». Цвет Номера Два — под большим вопросом. Зато на свой первый вопрос: «Не офигел ли Димон», Лёха ответ получил — однозначно офигел. Номер Восемь Алексею скорее нравился. А Номер Семь — скорее нет. Вообще, он бы поставил на то, что мафия за столом — женщины. Поскольку всё зло от них.

Очередь перешла к Номера Пять.

— Каждый ошибается в зависимости от своей пристрастности, говорил Конфуций, — сообщил Алексею сисадмин. — Не исключение ты, юный падаван.

Лёха скорчил оскорбленную мину. Роман, любитель столь же одиноких и страшненьких мудрецов, как и он сам, продолжил свои рассуждения. Он сказал, что обвинение в адрес Огненной построено исключительно на эмоциях. Формально она никак не проявила мафиозной сущности. Аргументы ее не лишены логики. И лично ему резкая смена позиции номеров Три и Четыре кажутся более подозрительными.

В поведении Номера Девять Роман агрессии не уловил, просто эмпирические наблюдения, из которых можно сделать какие угодно выводы. Хоть этот не делал из Киры монстра. Номер Семь — лошадка темная. Шерлок пока вел себя как нормальный «красный», но, по сути, ничего не сказал. Ждем-с.

— А пока я выставляю Номер Три, — заявил сисадмин напоследок, когда ведущая сообщила, что у него осталось десять секунд.