Кошки - Мышки (СИ)

«Медведь пришел», — завершила Кира его фразу про себя. Она действительно уже забыла, почем оказалась в этом парке.

Это единственное, на что хватило ее фантазии.

— Дверь. Я у вас под дверью.

— А я не дома, — тихо призналась Кира.

Вообще-то генеральный и сам должен был об этом догадаться по музыкальному фону.

— Но мы же договорились… — в голосе Колчевского промелькнула нотка неуверенности, и это было настолько противоестественно, что Кира сбилась с шага.

— Геннадий Николаевич, я думала, вы пошутили, — выдала Новикова заранее заготовленную версию.

 — Всё-таки вы — генеральный директор, и ко мне в гости…

Кира даже руками развела, насколько позволял прижатый к уху телефон.

— То есть вы не дома, — констатировал генеральный очевидное.

— Нет. Простите, — повинилась Новикова.

— Очень жаль, — проговорил Колчевский и отключился.

Жалости в тоне было мало, а задумчивости много.

Всё. Теперь можно идти домой. Медленно, в надежде, что Ген-директор не станет поджидать Киру у подъезда с целью устроить «темную».

Девушка бросила короткий взгляд на спутника. Мишель сделал вид, что ничего не слышал. Когда она засобиралась домой, Воронцов настоял на том, чтобы проводить. И действительно довел до двери. В ручке которой торчал букет роз. Арт-директор и его не прокомментировал. Просто попрощался и, словно в старом кино, поцеловал руку. Кира вошла в квартиру, закрыла за собой дверь, уткнулась носом в букет и зависла от перегрузки диска.

Следующим утром, пока Ген-директор традиционно — и не без оснований — распекал тройку директоров, располагавшихся в иерархии фирмы на ступеньку ниже него самого, Мишель разглядывал своих приятелей-соперников.

Наверное, совершенно беззастенчиво, поскольку Гена прервал свою отповедь и поинтересовался, чем таким неподобающим занята сейчас голова у арт-директора.

— Думаю о Кире, — хохотнул тот. — Вот ведь каким Колобком оказалась наша тихушница. «Я от дедушки ушел», — он развернул правую кисть в сторону Влада, будто собирался на ней взвесить подвиги девушки.

 — «И от бабушки ушел», — повторил жест левой рукой, но на этот раз его ладонь была обращена в сторону генерального.

— А ты откуда знаешь? — исподлобья поинтересовался Колчевский.

Влад отмалчивался. Костя с любопытством переводил взгляд с одного на второго, со второго на третьего.

— Имел честь вчерась выгуливать барышню в парке, — не удержался от хвастовства Воронцов. — Но удрала она от тебя сама. Добровольно. Целенаправленно. Я там был прицепом. А не локомотивом.