Кошки - Мышки (СИ)

Костя хмыкнул еще раз, громче.

— Как я могу отказаться от такого заманчивого предложения, — сказал он с той же, словно приклеившейся к губам, кривой усмешкой.

В воскресенье генеральный действительно прислал презенташку. Кира подправила английские подписи, немного — оформление, и по некоторым фотографиям скромно высказала свое имхошное «фи». В остальном выходной прошел тихо: в страданиях и рефлексиях.

Страдания в основном сводились к очередному раунду «любит — не любит» ли Шеф девушек. Ведь так «спасал» на квесте, что казалось — любит! Причем даже (как бы глупо и смешно это ни казалось в свете новых обстоятельств) вполне конкретную девушку… А выходит-то, он просто о ней как о подчиненной заботился? Берёг трудовой потенциал отдела?.

. А может он не совсем… того… на Темную Сторону перешел? Может, он пока еще не определился, и Кире удастся вернуть его генофонд в копилку Отечества? Не то чтобы она прямо сразу рвалась его лично сохранять и преумножать во благо Родины. Но и больших возражений на этот счет не имела. Только страдания.

Рефлексиям подверглось явление гендиректора. Жаба была от Геннадия Николаевича в восторге неописуемом. На завтрак у Киры к традиционной овсяной кашей были самые настоящие бутерброды с самым настоящим ароматным сыром, после которого во рту оставалось приятное сливочное послевкусие. Это радовало. Не радовали прозрачные намеки на то, что Новикова Ген-директору нравилась. Это было странно. Поэтому Кира решила не обращать на них внимание.

Мало ли, на какие уловки пойдет начальник, чтобы спаси свою командировку? Наверняка даже с учетом сверхурочных она обойдется фирме дешевле, чем полноценный внешний переводчик. А начальнику явно очень хочется поехать, если он стерпел демонстрацию ее убогих нарядов и даже помог подобрать, мать его, коктейльное платье. И вообще вился, аки Змей, словно Кира — Ева, а предмет сделки — не командировка в Сеул, а пресловутое яблоко. А ведь раньше так убедительно казался Крокодилом! Но Новикову так легко не проведешь. У нее Внутренняя Жаба — ого-го! А опыт самостийной Австралии убедительно доказал, что Жаба — самый страшный зверь. Уж всяко пострашней, чем какие-то там крокодилы и змеи.

Вечером от Колчевского пришло сообщение, чтобы Кира с утра зашла в отдел кадров, утрясти формальности по поездке. Она сразу, из дома, и зашла. Думала — подпишет, и всё, свободна. Не тут-то было.