Кошмары Серебряных прудов

 — Они уже вернулись!

Раздался сдавленный крик, и мой предок выбежал в коридор. В одной руке он держал молоток. А большой палец другой засунул в рот и сморщился. Мне мигом все стало ясно: отец заехал себе молотком по пальцу.

— Ну вернулись, и что? — спросил он.

— Они вернулись слишком рано, — трагически изрекла мать. — Федор, вы поссорились?

— Ни фига мы не ссорились! — обозлился я. — Русским ведь языком говорят: просто посидели и разошлись.

— Неправда, — явно лишь укрепилась в собственных подозрениях мать. — Вот и Котик какой-то грустный.

— Что вы, тетя Марина! — возразил Макс. — Я, наоборот, очень веселый. Классно посидели у Жанны.

И в качестве доказательства он выдавил из себя совершенно неестественную улыбку.

Мать с сомнением покачала головой.

— Марина, оставь их в покое. Сами разберутся, — к счастью, вмешался отец. — Лучше пойдем. Подержишь там мне одну штуку. А то мне одному не очень удобно.

Мать, окинув нас напоследок еще одним подозрительным взглядом, последовала за предком на кухню.

Мы с Котом поспешили в мою комнату, не забыв плотно затворить дверь.

— Уф-ф! — плюхнулся на мою кровать Макс. — Ну и вечерок сегодня. Все просто одно к одному. Я не ответил. Да и что было отвечать?

На следующее утро, позавтракав под исполненными подозрительности взглядами моей родительницы, мы с Котом начали вырабатывать программу действий. Прикинув несколько вариантов, мы решили пойти кататься на коньках. Благо декабрьские морозы, наступившие еще в конце ноября, пока держались.

Коньки Макси-Кота гостили у меня еще с прошлого приезда. Он оставил их совершенно сознательно. На Садовом кольце с ними все равно особенно делать нечего. А тут целых два огромных замерзших Серебряных пруда. Катайся сколько влезет.

Мы начали в темпе собираться в путь.

— Жанке-то позвони, — сказал Макси-Кот. — Пойдет она с нами?

— Вот уж не знаю, — засомневался я.

— Коньки для настроения — самое лучшее дело, — мудро заметил Макс. — А Жанке нужно развеяться. Давай звони. А если не захочет, передашь трубку мне. Я уговорю.

— Уж как-нибудь сам уговорю, — буркнул я и потянулся к телефонной трубке.

У Тарасевичей подошла Юлия Павловна. Она кликнула Жанну.

— Привет! — нарочито бодро произнес я. — Ты как, уже встала? Одевайся.