Кошмары Серебряных прудов

— Все, — уверенно отозвалась она. И, переведя взгляд на девочку, поинтересовалась: — Зеркало не забыла?

— Нет, — похлопала по сумке Жанна. — Оно здесь.

— Держи всегда при себе, — продолжила наставления колдунья. — Даже ночью клади под подушку. Как вторая сторона треснет, значит, сглаз от тебя ушел окончательно.

— А пока еще не ушел? — встревожился я.

— Пока только наполовину, как и обещала, — отозвалась Пелагея. — Малые неприятности еще могут быть, но больших не предвидится. Идите с богом.

Мы оделись и вышли.

Вслед нам послышалось пронзительное и даже какое-то унылое «мяу». По-моему, рыжий бандит тоже с нами попрощался.

— Слушай, Жанна, — уже возле самой калитки остановился я. — А ты заплатить не забыла?

— Я пыталась, — ответила моя спутница. — Но Пелагея говорит: «Пока второе зеркальце не треснет, ни копейки с тебя не возьму».

— А первое разве уже треснуло? — удивился я.

— Сам разве не видел? — в свою очередь изумилась Жанна.

— Я только видел, как этот жуткий удав тебя душил, — меня передернуло от одного лишь воспоминания об этом.

— Удав? Душил? — она широко раскрыла огромные зеленые глаза. — Во-первых, Федя, это был вовсе не удав, а уж, с такой желтой коронкой на голове. А, во-вторых, он и не думал душить меня. Просто заполз по мне к зеркальцу. Конечно, приятного было мало. Но потом уж залез в зеркало, и одна его сторона тут же треснула.

— Жанна, у тебя с головой все в порядке? Сама подумай, как может кто-нибудь залезть в зеркало?

— Не знаю, — честно ответила она. — Но уж залез, и зеркало с этой стороны треснуло.

Только самое странное и страшное даже не в этом. Помнишь, Пелагея велела мне не отрываясь смотреть в зеркало?

— Да, — подтвердил я.

— Ну так вот, — продолжала она. — Я в этом зеркале ничего не видела. Ни своего отражения, ни… Словом, вообще ничего. Передо мной была черная бездонная дыра. В нее-то змея и провалилась.

— Глюки, — теперь не сомневался я.

— У кого? — Жанна свернула из переулка на деревенскую улицу.

— У нас обоих, — на ходу объяснил я.

 — Понимаешь, она чем-то нас опоила, и у нас начались видения.

— Ну, не знаю, — явно не убедили мои слова Жанну. — Во всяком случае, змея была настоящая. И я чувствовала, как она ползет по мне.

— Я тоже много чего чувствовал, — откликнулся я. — Но все это ерунда.

Теперь, при свете ясного солнечного утра, только что пережитое и впрямь казалось мне совершеннейшей чушью. Разве что нас действительно чем-нибудь опоили.

Когда мы вошли в рощу, я посмотрел на часы.