Кошмары Серебряных прудов

Он с ходу принялся упрекать меня:

— Хорош друг! Почему я должен обо всем узнавать последним?

— Да я собирался, но времени…

— Знаю, с Жанкой уже разговаривал, пока вы с Динкой на пруд бегали, — перебил меня Макс. — Толян нашелся?

Я объяснил, что нет. И продолжил:

— Макс, а Жанна все тебе рассказала?

— Все, — откликнулся мой старый друг. — И про Пелагею, и про сглаз, и про снеговика, и про головы на столбах, и я тут подумал…

— Что ты подумал? — выкрикнул я в трубку.

— Ну, понимаешь, — медленно произнес Макси-Кот.

 — Боюсь, Толяна уже нет в живых. А вы с Жанкой видели его призрак. Наверное, он взывает о помощи. А вернее, подсказывает, как выяснить, что с ним случилось.

Голова у меня уже совершенно раскалывалась от обилия сегодняшних впечатлений и предположений. И я с изумлением переспросил:

— Подсказывает, как выяснить, что с ним случилось?

— Именно, — уверенным голосом произнес Макси-Кот. — С призраками такое бывает. Они иногда даже спустя несколько веков перед кем-нибудь появляются. И требуют, чтобы раскрыли преступление, которое привело к их гибели.

А главное, пока это преступление не раскроют, они не отстают.

— То есть ты, Кот, уверен, что Волобуя уже нет в живых? — И от одной только мысли об этом меня стало мутить.

— Хотел бы сказать другое, но не могу, — мрачным тоном изрек Макси-Кот.

— А я все еще почему-то надеялся, что Толян вот-вот откуда-нибудь возникнет целый и невредимый, — с грустью проговорил я.

Кот довольно долго хранил молчание. И, наконец выдавил из себя:

— Я бы тоже этого хотел, но, боюсь, мы с тобой больше никогда Толяна живым не увидим.

— А ты не допускаешь, что его заколдовала Пелагея? — поделился своею утренней версией я.

— Фома, а ты сам это допускаешь? — ответил вопросом на вопрос Кот.

— Да, в общем, не очень, — честно признался я. — Наверное, мне скорей хочется верить. Понимаешь, тогда еще есть надежда. К тому же мы ведь с Жанной собственными глазами видели снеговика с лицом Толяна, а после — две его головы на столбах.

— Знаешь, — невесело усмехнулся Макс.

 — Если это не призрак Толяна, то, мне кажется, Пелагея скорей не его, а вас околдовала. Вот вы все время его и видите.

— Нет, Котище, — возразил я. — Колдовала Пелагея над нами потом, а Толяна мы видели до всего.

Тут я сообразил еще одно: после того как Пелагея над нами поколдовала, мы с Жанной стали видеть совсем разные вещи. А когда нам являлся Толян, мы с ней видели ровно одно и то же. Тютелька в тютельку. О чем я и доложил Коту.