Космический вид на жительство

Вкус был терпкий, слегка древесный, и в то же время в нем не было той горечи, которая обычно присутствовала в чае, заваренном из пакетика или капсулы.

Девушка обхватила чашку двумя руками, грея ладони, и посмотрела поверх нее на мужчину, в чью жизнь она так бесцеремонно ворвалась:

– За что? – Он слегка нахмурился.

– За все: за этот брак, за то, что теперь вынужден терпеть меня здесь… – Голос оборвался, она снова шмыгнула носом.

Джерри протянул руку, накрывая ее ладонь своей.

– Эй! – Он дождался, когда она посмотрит на него, и лишь тогда произнес: – Давай проясним все раз и навсегда.

Если бы я сам не хотел, то ничего бы не было: ни этого брака, ни тебя в моем доме, надеюсь, это ясно?

Он выжидающе замолчал и продолжил, лишь когда она кивнула:

– Поэтому закрываем тему вечной вины, допьем чай и спокойно ляжем спать.

– Тебе же завтра рано вставать, – спохватилась девушка. – А я тебя разбудила…

– Я сам проснулся, – пробурчал пилот. – Пить надо было меньше или закусывать раньше…

Анна-Бель прикусила губу, но все равно хихикнула.

Джерри тоже улыбнулся, одним глотком допил чай, выплюнул чаинку, попавшую в рот вместе с водой, и встал:

– Сама заснешь или мне подежурить?

Девушка взяла чашки, чтобы помыть.

– Ложись спать, я и так чувствую себя виноватой перед тобой.

– Ладно. – Мужчина зевнул. – Позвони мне завтра, как проснешься, ладно?

– У меня же отключен номер, – напомнила она.

– Завтра он у тебя будет, а теперь давай спать. – Джерри вновь запрыгнул наверх и буквально сразу же захрапел.

Анна-Бель переоделась в ванной, легла на нижнюю кровать и еще долго смотрела на шторы, за которыми полыхал огнями мегаполис. От мысли, что она все-таки не одна, на душе становилось чуточку теплее.

Утром девушка с трудом открыла глаза. От долгих рыданий веки опухли и казались очень тяжелыми. Потом Анна-Бель долго лежала на спине и смотрела на белый блестящий потолок. Уходя, хозяин комнаты задвинул вторую кровать обратно.

В душе царила пустота, словно все эмоции были выплаканы вчера.

С трудом вспомнив, что ей надо в университет, девушка встала и поплелась в ванную.

Там пахло влагой, пеной для бритья и каким-то парфюмом: свежим, чуть терпким, с легкой нотой горчинки. Странно, но запах успокоил ее, напомнив о Джерри.

Анна-Бель ополоснула лицо, затем долго стояла под горячим душем, словно вода могла смыть все неприятности. Внезапно для самой себя она переключила воду на холодную, желая взбодриться. Бесполезно.