"
"— Нам понадобились разные железяки, — сказал Ивор и представил спутника. — Это шефмастер Мэтт Гарднер. Это Ломка, королева свалки.
— Что вас интересует, мастер? — спросила девушка.
Мэтт навскидку назвал несколько узлов.
— Топайте к той синей куче, — показала она рукой. — Это снятые с королевской яхты старые кресла и диваны. За ней будет куча поменьше, в ней должны быть инверторы. Из двух легко соберете один.
Гарднер поправил на плече ремень пустой пока ещё сумки и с предвкушением хорошей добычи направился к указанному месту.
— Сожалею, но мне придется забрать твои игрушки, — сказал Ивор. — Я имею в виду «Мандары».
— Даже «сто седьмой»?
— Скорее всего. Но его я возьму последним. Всё зависит от того, сколько офицеров мне отдаст генерал Гоже.
— Ты неплохо поднялся, как я посмотрю, чувак из Соппеля.
— Меня назначили капитаном «Нибелунга».
— Слышала, — она махнула рукой. — Тут можно смотреть новости, если ты помнишь.
— Хочешь поступить на королевскую службу?
— Нет, — резко ответила Ломка.
— Понятно. Я думал, поможешь починить мне гиперпривод.
— Я не секу в космических штуковинах, забыл? Я люблю летать, а не плавать.
— Я пошутил. На самом деле мне нужен пилот на капитанский шаттл.
— На «Маламут»? — она с большим уважением взглянула на его машину.
— Нет, юная леди, — усмехнулся Ивор. — Я хотел предложить тебе «Скиф», шестой серии.
— Дорого богато, — сказала Ломка.
Но глаза её предательски блеснули.
— Так что? — принялся дожимать Ивор. — Я не позволю никому командовать тобой.
Получишь сразу шеф-пилота. Это самое высокое звание в авиагруппе, не считая офицерских. А если кто-то попытается обидеть…
— Пф…
— И ты сможешь начать отрабатывать съеденные за эти годы флотские завтраки.
* * *Старый адмирал Реймонд время зря не терял и успел уже обрасти бюрократией. А бюрократия даже во время войны занималась крючкотворством. Такова уж её природа.
— Вы хотите сделать шеф-пилотом четырнадцатилетнего подростка? — спросил один из адмиральских помощников.
— Именно это я и сказал, — подтвердил Ивор.
— Это противоречит закону, — заявил помощник. — Флот берёт добровольцев с шестнадцати лет и только с согласия родителей.
— У неё нет родителей.
— И ей нет шестнадцати.
Речь, конечно, шла о местных годах. Но поскольку сутки на Барти составляли тридцать один и две десятые часа, а вращался он вокруг Нафанаила с периодичностью 290 дней, то год получался примерно на триста часов дольше стандартного, то есть земного.
