Космобиолухи

Станислав медленно опустился на корточки рядом с искалеченным телом. Коммуникатор на здоровой руке был цел и даже работал, судя по сердито мигающему огоньку пропущенных вызовов. Светлые, резко выцветшие глаза смотрели мимо капитана, в небо.

Станиславу много чего хотелось ему сказать. И про поддельные документы, и про сгущенку, и про «болезного паренька из трущоб», и про выставление его, капитана, геморройным дураком… Но вместо этого Стас, неожиданно для самого себя, свирепо зарычал:

– Ну и какого ляда ты не отвечаешь на вызовы? Почему не активировал спасательный маячок?!

Рука с коммом вздрогнула, стиснула пальцы на комке мха.

– Я не хочу в мусоросжигатель,– тихо, но внятно прошептал Дэн.

– Чего? – удивленно переспросил капитан.

Рыжий закашлялся, изо рта и даже носа потекла кровь, тело начало мелко, судорожно подергиваться.

Станислав затейливо выругался, а потом подхватил умирающего на руки и потащил к катеру.

– Адмирал, ваш офицер запрашивает разрешение на вход в каюту.

– Голос был мелодичный и равнодушный, явно принадлежащий искину.

– Ы?! – только и смог выдавить полусонный Роджер. Его мысли сейчас напоминали метеорный рой: летали по совершенно диким орбитам, сталкивались, рассыпались на отдельные слова и сгорали в верхних слоях подкорки. Голова ныла и изнутри, и снаружи, под пластырными латками.

– Кэп, ой, то есть адмирал, это Джилл! – пискнул динамик над входом.– Пусти меня, пожалуйста!

– Подожди минуту! – крикнул «адмирал».– У меня тут небольшая… проблема.

Или большая. Ничего похожего на одежду поблизости не было. Неизвестная (или, не приведи боги, неизвестный!) по-прежнему сопела и всхрюкивала, с головой накрывшись одеялом, и Сакаи, осмелев, решился на цыпочках обойти кровать и проверить стенные шкафы.

В первом обнаружился парадный адмиральский мундир – судя по количеству сверкающей бижутерии, спроектированный лично Балфером для поднятия чувства собственного величия на недосягаемую высоту. Второй шкаф живо напомнил Роджеру кладовку на «Сигурэ» – все подряд и вперемешку.

Из хлама местами торчали мятые края каких-то тряпок, но Сакаи ими побрезговал. Третья панель оказалась дверью в душевую, и Роджер с неимоверным облегчением сорвал с вешалки белый махровый халат.

– Кэп?! – Это уже был Винни, причем с тревожной интонацией «а не сломать ли эту дверь к чертям?».

– Да-да, почти заканчиваю! – преувеличенно бодро отозвался Сакаи, возвращаясь к кровати.