* * *Со дня смерти Белки не проходило и часа, чтобы Стрелок о ней не вспоминал, но приснилась ему она впервые – в любимом светлом платье, у окна, залитого солнечным светом, который обрамлял ее силуэт золотым сиянием. И волосы у нее тоже были золотые-золотые, аж больно смотреть.
Белка задумчиво глядела вдаль, но, почувствовав его взгляд, сразу обернулась, и от ее просиявшего лица у Стрелка сдавило горло.
– Прости меня…
Во сне кресла не было, он твердо стоял на ногах, но боялся даже шелохнуться, осознавая неимоверную хрупкость этой призрачной реальности.
Белка недоуменно распахнула глаза. У других киборгов эта типовая мимическая эмоция раздражала, у нее – выглядела естественной и милой. Живой.
– За что?
– Я обещал защитить тебя… и не смог.
– Глупенький… – Она улыбнулась и сама шагнула к нему. – Ты смог гораздо больше.
Ее ясный, смотрящий в душу взгляд был невыносимее бьющего в глаза света.
Стрелок уткнулся лбом ей в плечо и глухо признался:
– Мне очень плохо без тебя…
– А мне плохо, когда тебе плохо.
– Белка нежно провела ладонью по его щеке. – Я бы сделала все что угодно, лишь бы к тебе вернуться… Но не могу. И ты тоже ничего не можешь сделать.
Стрелку показалось, что он это уже где-то слышал. Или даже говорил, но сейчас ему не хотелось копаться в мыслях – только остановить время, навсегда влипнуть в этот теплый золотой миг, как в янтарь.
Но это действительно невозможно.
Тонкие пальцы Белки, способные при необходимости завязать узлом стальной прут, невесомо перебирали его волосы.
"
"– Помнишь, ты предлагал отпустить меня?
– А ты сказала, что уйдешь от меня, только если для этого тебе придется умереть.
– Да. – Руки Белки сползли Стрелку на плечи, обняли. Девушка склонила голову, уткнулась носом ему в макушку, тихо дыша теплом. – Я умерла, Стрелок. Пожалуйста, отпусти меня.
– Я не могу! – всхлипом вырвалось у него. – Не так… не туда…
– Пожалуйста, – серьезно, как самое заветное желание, повторила она. – Я хочу любить тебя… А не мучить.
Он предпочел бы умереть вместе с ней, а лучше – вместо.
Но наконец понял, что мучает не только себя, но и ее.
– Я… – Это оказалось гораздо сложнее, чем прыгнуть в ледяную воду, войти в горящий дом, посадить подбитый корабль. – Я тебя отпускаю. Иди.
Не было ни громового раската, ни открывшегося портала, ни медленно тающего в руках призрака. Белка продолжала доверчиво прижиматься к нему всем телом, невыносимо реальная и родная.
– Спасибо, – шепнула она. – Не плачь, не надо. Я буду тебя ждать.
