Космоолухи: рядом. Том 2

 – Вот, смотрите – просроченная банка! Мы все могли отравиться и умереть!

«Это было бы замечательно!» – с чувством подумал капитан.

– Что ж, раз у вас такая неуемная жажда труда, возьмите планшет и перепишите все имеющиеся в наличии продукты, с указанием количества и срока годности.

– Хорошо, Станислав Федотович, – как-то без энтузиазма согласились ночные труженики.

* * *– Кладовку осмотрели. Пустые каюты осмотрели. Санузел осмотрели, – загибал пальцы Теодор. – Осталось машинное и медотсек, но в машинном ей жрать точно нечего, и Михалыч там постоянно торчит.

– А в медотсеке?

– В медотсеке есть шкаф с лекарствами, а в нем отдельный ящик с витаминами и прочей глюкозой. Клавка вполне может партизанить там.

– Но медотсек и шкаф заперты, а доступ только у Вениамина Игнатьевича, – напомнил Дэн.

– Давай скажем доку, что у тебя болит горло! – тут же предложил пилот. – Пока он будет тебя осматривать, я незаметно осмотрю решетку, а Ланс простучит ящик.

– Если я скажу про горло, он вас сразу выгонит, а меня на сутки в медотсеке запрет, – резонно возразил напарник. – После того вируса у Вениамина Игнатьевича неадекватная реакция на респираторные заболевания.

– Я могу сказать, что вывихнул руку, – предложил Ланс. – Это не является критическим повреждением, но считается достаточным поводом для технического осмотра.

– Так ведь док сразу увидит, что рука не вывихнута! – снисходительно возразил Тед.

– Так я вывихну, – настолько искренне удивился «котик», что пилот понял – Ланс имел это в виду с самого начала.

– Еще чего не хватало!

Теодор раскатисто зевнул, рискуя вывихнуть челюсть без всякого умысла, глянул на время и охнул:

– Ого, уже без десяти три! Ладно, давайте закругляться, а утром, может, что-нибудь поумнее придумается.

Дэн рассеянно кивнул, глядя в иллюминатор. По неярко, но все же освещенному космодрому скакали два луча – охранников космопорта зачем-то понесло среди ночи на взлетно-посадочное поле.

– Интересно, что они ищут? – невольно понизил голос Тед, словно по корпусу – теперь уже «Космического мозгоеда» – шарили не обычные фонарики, а тюремные прожекторы.