Киборг поднял голову и досадливо поморщился: сгущенки в банке оставалось на донышке, но еще на разок хватило бы. А теперь вокруг нее крутилась Котька, упоенно вылизывая то края, то загребущую лапку.
Кошку обвело алым контуром и испещрило мишенями. Для игольника их было две, голова и грудь, из бластера предлагалось стрелять в центр туловища, а из штурмового плазмомета можно вообще не целиться, только направление более-менее соблюсти. Дэн методично перебрал все варианты, но единственно доступной ему подушки в списке оружия не было.
Пришлось вставать и идти в рукопашную.
Котька поняла, что счет пошел на секунды, но вместо того чтобы драпать, отчаянным вкручивающим движением впихнула голову еще глубже, вместе с ушами, торопясь сожрать как можно больше.
Навигатор сцапал ее за шкирку, поднял и сурово уставился воровке в глаза. Вернее, в сверкающее донце с выбитым сроком годности.
– Умр-р-ры… – неубедительно покаялась банка.
Дэн сказал одно из любимых Тедовых слов и покрепче встряхнул кошку, однако башка и банка остались едины.
Разлучить их вручную тоже не удалось – вторая намертво укупорилась в первую и приклеилась на остатки сгущенки. Киборг попытался надорвать жесть, но та начала тянуться и деформироваться, а кошка заголосила так, что Дэн решил не рисковать и понес ее в машинное.
– Охтжёпрст! – впечатлился масштабом трагедии Михалыч и, порывшись в инвентаре, вытащил здоровенные ножницы по металлу, которыми запросто можно было перерезать не только банку, но и ее нынешнюю начинку.
– А поменьше ничего нету? – осторожно уточнил Дэн.
Механик помотал кудлатой головой и решительно скомандовал:
– Држкрпч чтнепрмхлс!
До Котьки начало доходить, что случилось что-то не только ужасное, но и, возможно, непоправимое, и она устроила грязную истерику, отнюдь не способствующую спасательной операции. Зафиксировать слепянскую амебу и то было бы проще, даже киборг не справился.
– Похоже, без наркоза не обойтись, – сдался он.
– Хм? – Михалыч взвесил в руке увесистый гаечный ключ – достойную пару ножницам.
Навигатор так зловеще промолчал, что кошка немыслимо извернулась, уперлась в края банки всеми четырьмя лапами и с чпоканьем выдернула оттуда многострадальную башку. Обвела машинное ошалелым взглядом вернувшейся с того света, хрипло заорала и дала деру.
Дэн безнадежно заглянул в банку. Шерсти там осталось больше, чем на кошке.
– Надо было просто по форме головы обмять и глаза нарисовать, – предложил Тед, заставший финальную фазу «расконсервации».
