Космос

Голую!

Что за мазохизм с его стороны, а с её? Когда он нырнул под жутковатую кофточку, под чашку бюстгальтера, Саша нагнулась, чтобы предоставить себя максимально. Её всё время тянуло вниз, она с таким очевидным удовольствием укладывалась на него, что было ясно, под ним ей будет ещё лучше.

Провёл рукой по трикотажу на ногах, потом между них, было горячо, влажно даже через штаны и бельё. Саша зашипела сквозь зубы, застонала, выгнулась. При этом одёрнув футболку, не давая себя раздеть.

— Саня, — еле сдержал раздражение в голосе, продолжив ласкать через ткань.

 — Думаю, с прелюдией можно закончить, — от официальной интонации вздрогнул сам. То, что крутилось на языке, было пошло, Антон не стал бы говорить подобного женщине, тем более Сане. Откуда взялось в его мыслях «тем более», он не задумался ни на секунду.

Быстро сел, зафиксировав одной рукой, прижав к себе девушку за поясницу, скользнув рукой по спине, второй дёрнул её штаны, вместе с трусами, какие бы они там ни были. Саша вскрикнула и схватилась за ткань у коленок, не давая стянуть дальше по ногам.

Извивалась на его руке, неудобно пристроившись, чуть не упав, но ткань держала крепко.

Терпение Антона лопнуло, как мыльный пузырь. Перехватив Сашу одной рукой, тем же движением уложил на бок, спиной к себе, дёрнув бёдра на себя. Отлично! Всё, что необходимо, оголено. Быстро справился с презервативом и тут же скользнул в Сашу, та заскулила и качнула бёдрами на Антона. Вышел, почти до самого конца, и снова скользнул, вышел совсем и резко вошёл, до самого конца, пока не упёрся лобком, и снова вышел, снова вошёл, слушая характерны звуки и стоны.

Невозможность видеть обострила остальные чувства Антона, он ощущал мягкость кожи и аромат ромашки, который прошиб шлейф духов, которыми сегодня пользовалась Саша. Ощущал каждую пульсацию, каждое движение и вздох.

Ему было мало. Его губам не хватало поцелуев, телу — тактильных ощущений, а глазам — вида на голую и стонущую Саню. И чтобы она была непременно под ним. Чтобы вкусить, ощутить по полной, отдаться, отдать.

Он продолжал двигаться, вращать, держал Сашу, целовал вспотевшую шею, оставив небольшой след у ключицы. Приподнялся, поднимая за собой, она покорно встала, устроившись спиной к Антону. Качнул бёдрами с силой, входя агрессивно, Саша заскулила. Немного нагнул, зафиксировал, снова качнул.

Саша пропищала что-то нечленораздельное. Антон усмехнулся про себя, ещё раз сменил угол и, удовлетворённый реакцией, начал двигаться.